КГБ. Бывших не бывает? - Валерий Пирогов Страница 143

Он знал, что месяц назад Цинев ездил в ГДР с официальным визитом. Там он провел рабочую встречу с руководством Штази и с руководством Управления особых отделов КГБ в ГСВГ.

Душину уже доложили и руководители Управления особых отделов в ГСВГ, и знакомые из представительства КГБ в ГДР, что Цинев беседовал там с рядом оперативных сотрудников, в том числе с майором Михайловым, который отличился год назад, разоблачив и предотвратив попытку групповой измены родине военнослужащих Группы войск, планировавших выдачу государственных секретов западным разведкам.

Эта оперативная разработка велась под непосредственным руководством 3-го управления. Душин лично подписывал представление на присвоение Михайлову звания «подполковник» досрочно, поэтому он отлично понимал, что, как опытный политик и оперативник, «ГК», предлагая ему создать группу разработки, давал понять, что оценивает заслуги особистов в ГСВГ. Но идея создания штатной группы разработчиков – это знак его личного внимания к военной контрразведке. Он знал, что подчиненные ему контрразведчики оценят его инициативу и внимание.

Душину оставалось только принять это как должное. Он не имел ничего против назначения Михайлова начальником группы разработки Первого отдела, хотя и не любил неожиданные подарки от начальства.

Кроме того, Душин знал, что Цинев не случайно лично вручал Михайлову погоны. Он был знаком с его отцом, генерал-полковником Михайловым, с которым когда-то вместе служил в ГСВГ.

Знал Душин и то, что дочь Цинева и его внуки проживают в Восточном Берлине. Что его дочь замужем за ответственным сотрудником ПГУ КГБ генералом Шальневым.

Цинев тоже догадывался, что его преемник в руководстве военной контрразведкой знает об этом. Но никто из них никогда не говорил о таких вещах вслух. Никому…

Однако теперь эту тему уже можно было считать неактуальной. Надо было думать о главном – о поиске шпионов в резидентурах ГРУ или в центральном аппарате.

— И вот еще что… Мне кажется, что с учетом всех обстоятельств нам надо усилить направление разработки в нашем Первом отделе, – Цинев не прочь был иногда напомнить, что он ранее руководил военной контрразведкой и имеет полное право считать её своей.

— Что вы имеете в виду? – уточнил Душин.

— Я завтра переговорю с руководством ПГУ и попрошу откомандировать к нам заместителя начальника Управления «К» полковника Кондратова. Думаю, что в интересах дела они возражать не будут. Если надо, переговорю с председателем. Так что вам завтра надо побеседовать с товарищем Кондратовым и получить его согласие для назначения на должность заместителя начальника Первого отдела.

На следующий день полковник Кондратов прибыл к Душину. Беседа с Кондратовым была недолгой и оставила у начальника военной контрразведки положительное впечатление. Кондратов не был чужим в системе 3-го главка. Кроме того, он был профессиональным контрразведчиком, да еще с опытом работы в среде разведчиков ПГУ. Это было особенно важно при ведении дел оперативной разработки по шпионам из числа разведчиков ГРУ.

Через неделю состоялся приказ о его назначении заместителем начальника Первого отдела с обязанностями курировать работу Второго отделения и группы разработчиков.

Душин понимал, что Кондратову при личном инструктаже в ПГУ и у Г.К. Цинева были даны конкретные поручения, о которых ему, возможно, и не сообщили. Но это могло касаться только конфиденциальных вопросов обмена информацией между ПГУ и 3-м управлением КГБ, связанных с необходимостью тщательной зашифровки агентов внешней разведки, сообщавших о шпионах, завербованных из числа советских разведчиков и граждан СССР.