Парень не промах - Юрий Гаврюченков Страница 143

А потом у Васи начался отпуск. Он и должен был начаться по графику. Чирков уезжал с семьёй в Крым в бархатный сезон, Колодей отгулял, а Эрих Берг традиционно брал отпуск в декабре, чтобы отметить с роднёй какие-то свои праздники.

Медовый месяц был лучшим в Васиной жизни. Лучшим, но не самым запомнившимся.

Запомнившимися были зимние месяцы 1941–1942 годов, но не самыми лучшими.

А когда Вася вернулся загоревшим и повзрослевшим, его настигли последствия необдуманного решения.

И катастрофические проблемы.

* * *

В столовой вкусно пахло комбинированным жиром. Тем же, что скопился оранжевым озерцом на краю тарелки с пшёнкой. Вася подцепил вилочкой розовый рыхлый кубик, возможно, мясной продукт. Ну, или нет.

— А ты забурел, – отметил подъехавший за стол Миша Саймин и принялся сгружать с подноса свою добычу.

— А ты когда в отпуск? – с превосходством старшего по социальному рангу спросил Панов.

— В феврале, – Миша протянул руку и рассеянно сказал: – Поздравляю! Ого, кольцо купил.

— Куда мне… В дар досталось, – про купеческое кольцо комсомольцу Васе в Первой бригаде уже всё сказали, но Панов решил поносить ещё месяц, оно хорошо сидело на пальце.

— От кого? – немедленно спросил экономический опер.

— От дяди.

Покойный муж тёти Глаши прожил достойную жизнь, и Вася был готов повторить его судьбу, хотя и не верил в предрассудки насчёт чужих обручальных колец. Королеве Марго Пётр Петрович купил колечко в ювелирном магазине. Виолетте об этом ничего не сказали. Кольца появились из Васиного кармана во дворце бракосочетаний. Сами собой.

Какие-то время они молча ели. Саймин аккуратно подбирал ломтиком чёрного хлеба комбижир с тарелки, надо было успеть, пока горячий. Потом он занялся щами из свежей капусты, издающими сладковатый запах варёной без соли травы. Среди прозрачных нашинкованных листьев попадались разваренные куски свежей картошки. Урожай в Ленинградской области собрали хороший.

Наконец, тарелки опустели. Сытые оперативники переглянулись. Миша тихо рыгнул, прикрыв рот ладонью, и поведал Васе:

— А ты мне ценного кадра подогнал.

— Какого?

— Гражданина Лагазина, помнишь?

— Конечно, – Вася давно про него забыл. – Нарыл что-нибудь о нём?

— Да я только начал. Хороший человек попался. Я у него из-под прилавка пять кило сахара купил без талонов, естественно, ну, и взял за лапу. Садиться-то неохота, я его и завербовал. Разговорил за несколько встреч. Он такого набарабанил, что рой да рой. Я и копаю, как шахтёр в забое. Начинает вскрываться целая сеть, которая продукты на товарной станции Финбана лямзит и через торговые точки продаёт.

Вася почувствовал, как по спине пробежал холодок.

— Сеть?

— Разветвлённая такая организованная преступная группа. Верхушка на пищевых предприятиях заседает. Они заказывают продукты. Когда вагон прибывает на станцию, в дело вступают наводчики. Настоящий семейный подряд – жена диспетчер и знает, что в каком вагоне прибыло, а муж инженер-путеец, он устанавливает, где нужный вагон стоит, или сам в тихий тупичок отгоняет. Ночью приходит бригада ух. Вагон чистят, не весь, само собой, но выносят немало. А потом по магазинам вроде того, где Лагазин работает. Там реализуют, деньги поднимаются наверх, вплоть до директоров. У тебя же тесть вроде как директор? – сообразил опер Саймин.