Другой Холмс. Часть 3. Ройлотт против Армитеджа - Евгений Бочковский Страница 148

Мог ли я обеспечить Джулии не только этот самый покой, но и счастье, подобно той радости, что доставил ей мой шнурок, если бы все же решился предложить ей руку? Элен восприняла бы это так, будто в песочницу к играющемуся малышу подсадили еще одного, и даже допустила бы, что и малыши бывают счастливы… до поры, пока песочницу не накроет непогода или не атакует стая бродячих собак. Судьба не позволила проверить справедливость наших доводов.

В первое время мы с Холмсом приглядывались друг к другу, и наши беседы были немногословны. Как-то он поинтересовался, чем же занят доктор, возле которого не наблюдается пациентов. Это была первая его догадка (о том, что я доктор), сразившая меня наповал. Позже миссис Хадсон призналась мне, что при уборке моей комнаты обнаружила пылящуюся под кроватью табличку.

Не без смущения я ответил Холмсу, что у меня выездная практика, преимущественно в Суррее, где я не так давно, то есть около года назад лечил больную оздоровительными преобразованиями ее комнаты. Он полюбопытствовал, что за оздоровительные преобразования, но я тогда еще плохо знал его и не был склонен к откровенности, поэтому отделался общими словами, что они строительно-архитектурного характера.

– Ну и как? – не отставал он. – Привели ваши новшества к положительному результату?

– Не знаю, Холмс. К сожалению, наблюдения пришлось прервать из-за несносного характера старого сквалыги.

– Но по крайней мере при вас ваша подопечная так и не пожаловалась на эти… как вы сказали… померещившиеся звуки?

– Слуховые галлюцинации, – поправил я его на свой научный лад. – Ни разу. Вплоть до самой смерти.

– Что?!?!

– Так что я почти не сомневаюсь, что вылечил ее…

– Что вы сказали?

– Ну, то есть избавил от них, вот что я имел в виду.

– Нет. Перед тем. Насчет смерти. Она что, действительно скончалась?

– Да, я до сих пор не могу оправиться от шока.

– Когда же это случилось?

– Почти сразу после выздоровления. Она даже не успела выйти замуж.

– Да уж, скверная история, – заключил он, и мы еще немного помолчали. Затем он внезапно оживился. – Послушайте, я, конечно, сочувствую вашему горю, но более всего в вашем рассказе меня задело то, как по-свински обошелся с вами этот докторишка. Почему вы не потребуете своих честно заработанных денег?

– Справедливости ради, у меня нет доказательств, что мои усовершенствования помогли.

– И тем не менее, вам следовало бы быть настойчивее в отстаивании своих прав. Вы усовершенствовали конструкцию дома, потратили силы и порцию интеллекта для разработки и воплощения оригинального решения…

– Ну что там… я даже не успел проделать вторую дырку.

– Какая разница, Ватсон! (С первого дня он стал называть меня Ватсоном) Вот вы сейчас на мели, кстати, как и я. А знаете ли вы, что такие изобретения приносят целые состояния, если добиться патента? А для этого нужно положительное заключение участников эксперимента.

– Но Джулии… моей бедняжки, уж нет. А противный старик не даст такого отзыва. Просто из вредности. Особенно, если прознает про патент.

– Для начала нужно вступить в переговоры.

– Ему больше не нужно мое заключение, чем его переговаривать?

– Но у вас, если я правильно понял, имеется сторонник?

– Ее сестра? Да, у нас были очень хорошие отношения.

– Нужно осторожно узнать у нее, не изменилась ли ситуация с этим странным шумом…