Хозяйка сада черных роз - Катерина Кавалье Страница 15

Стоп.

Кьяра поднялась и подошла к глобусу. Всего лишь потертая полусфера с картой мира. Декоративная ерунда, которая есть в каждом втором кабинете успешного мужчины – какое чертово клише, никто и не обратил бы особого внимания.

Она провела рукой по экватору – открылась верхняя половина, обнажив внутренние полки с бутылками виски, наверняка дорогущими, но в целом непримечательными. Но все же Кьяра постучала костяшками по дну глобуса. Глухой звук.

Слишком глухой. Она нащупала края внутренней полки, потянула вверх – не поддалась. Надавила вниз – щелчок. Дно сдвинулось в сторону, открывая тонкое отделение с еще несколькими папками без подписей или маркировок.

Росетти.

Сердце забилось быстрее. Кьяра перевернула первую страницу и тут же наткнулась на знакомую фотографию. Собственную. Досье, чем-то напоминающее лежащее в полицейском участке, выглядело совершенно пустым. Годы ее жизни, работы, отчеты о семье – бесполезно. Пока на глаза не попались рукописные заметки рядом с вырезкой газетной статьи.

«Перестрелка на виа Гибеллина, 15.05.1999. Потери с нашей стороны: Марко Вентури (солдат). Потери с их стороны: нет. Жертвы среди гражданских: Лаура Руссо, предположительно, случайный свидетель».

Ниже приписка другим почерком, более небрежным:

«Проверить связь Руссо с утечкой информации о схеме с лекарствами. Она работала медсестрой в той же больнице. Совпадение?»

И ответ почерком Лучиано:

«Связь вероятна, доказательств нет. Росетти зачистили следы. Если она сдала их – они знали. Если знали – убили намеренно. Случайный свидетель – прикрытие».

Кьяра перечитала строки дважды.

Ее мать… сдала Росетти?

Нет. Не может быть.

Мама была медсестрой. Обычной, тихой, доброй. Она лечила людей, а не… Она попала под случайную пулю в тот день, когда просто возвращалась с работы, много лет об этом ей говорили все: от отца до ее близких подруг.

Она узнала о нелегальной схеме с лекарствами, работая в больнице, и пошла в полицию?

Тогда Росетти убили ее не случайно. Они целились в нее.

Кьяра сжала бумагу, выдыхая. Мама была причиной, по которой она вообще оказалась в полиции, в отделе борьбы с мафией. Но никто и подумать не мог, или просто не сообщил ей, что все уходило корнями так глубоко.

Она заставила себя дышать и взяла следующую папку.

На этот раз фотографии женщины и мальчика, оба темноволосые, с немного вьющимися волосами. Жена и сын Лучиано – их лица Кьяре были давно знакомы, снимки периодически попадались в доме. Под ними еще одна газетная вырезка.

«Автомобильная катастрофа унесла жизни двоих».

12 августа 2010 года.

«Доминика Корсани, 29 лет, и ее сын Нико, 4 года, погибли в результате…»

И снова отчет.

«Автомобиль взорван. Профессиональная работа. Цель: устранение семьи Л.К. для ослабления позиции. Предполагаемый заказчик: Росетти».

Кьяра медленно прикрыла глаза.

Росетти.

Снова эта проклятая фамилия.

Они убили ее мать. Они убили жену и сына Лучиано? Ярость поднялась волной, обжигающей, почти ослепляющей, так что рассмотреть написанное в третьей папке оказалось не так-то просто, а ведь в ней хранился целый список различных имен, предположений и доказательств.

«Марчелло Ферранте – нет. Слишком труслив».

«Лука Д’Анджело – нет мотива. Союз крепок».

«Антонио Скьяретта – возможно, но маловероятно. Дочь – рычаг».