Неглубокая могила. Лютая зима. Круче некуда - Дэн Симмонс Страница 150

— В теории? – спросил Курц.

— Да как угодно.

— Вы заметили, что примерно в полумиле к югу от поместья ведутся дорожные работы?

— Ну да.

— Бульдозеры, огромные грейдеры и тягачи стоят там большую часть времени.

— Да.

— Так вот, если кто-нибудь угонит одну из самых больших машин, то сможет проехать мимо сторожевой будки, потом ворваться в главный дом, перестрелять всю охрану, а заодно и Гонзагу.

Анжелина нажала на кнопку остановки и какое-то время еще бежала легкой трусцой, пока дорожка окончательно не остановилась.

— Неужели вы настолько глупы?

Курц продолжал бежать.

Она взяла висевшее на плечах полотенце и протерла им лицо.

— Вы умеете управлять этими большими гусеничными машинами?

— Нет.

— Вы хотя бы знаете, как их завести?

— Нет.

— У вас есть знакомые, которые это умеют?

— Скорее всего нет.

— Значит, вы увидели это в каком-нибудь дурацком фильме с Джекки Чаном? – сказала Анжелина, сходя с беговой дорожки.

— Не знал, что фильмы Джекки Чана показывают на Сицилии, – заметил Курц, выключая свой тренажер.

— Фильмы с Джекки Чаном показывают везде. – Она протерла ложбинку между грудей над вырезом своего купальника. – Значит, вы не собираетесь рассказывать мне про свой план?

— Нет, – ответил Курц и оглянулся на мальчиков, которые только что закончили лежа отжимать штангу и теперь с восторгом наблюдали друг за другом, пока тягали огромные гантели обеими руками. – Было очень весело. И я чувствую, как наше взаимное влечение постепенно растет и совсем скоро вы пригласите меня домой. Давайте встретимся завтра в то же время и в том же месте?

— Идите на хрен.

По воскресеньям Джеймс Б. Хэнсен вместе с женой Донной и пасынком Джейсоном посещал утреннюю службу. Затем они всей семьей завтракали в их любимой блинной на Шеридан-драйв, а уже днем Хэнсен возвращался домой, в то время как его жена с сыном уезжали к ее родителям в Чиктовагу. Это было единственное время на неделе, когда он мог побыть один и все обдумать. И Хэнсен почти никогда не позволял себе пропускать его.

В подвал не разрешалось спускаться никому, кроме Хэнсена. От оружейной комнаты ключ был только у него. Донна ни разу не заглядывала в нее, даже во время ремонта после их переезда сюда почти год назад. А Джейсон знал, что за любыми попытками проникнуть в оружейную отчима последует суровое физическое наказание. «Пожалеешь розги, испортишь ребенка» – к этому библейскому изречению в доме капитана убойного отдела Роберта Г. Миллуорта относились очень серьезно.

На стальной двери оружейной комнаты стоял цифровой замок с отдельным кодом, никак не связанным с остальной охранной системой дома, а также подвесной кодовый замок. Сама комната отличалась спартанской обстановкой: металлический стол, стеллаж у стены со всевозможными полицейскими справочниками, шкаф с запертыми на замок дверцами из небьющегося оргстекла, в котором под галогенными лампами Хэнсен хранил свою коллекцию дорогого оружия. В стену с северной стороны был вмурован большой сейф.

Хэнсен отключил третью охранную систему, ввел комбинацию чисел и вытащил из сейфа титановый чемоданчик, где тот хранился вместе с акциями, облигациями и коллекцией крюгеррандов[38]. Вернувшись к столу, он открыл ящик и изучил его содержимое в слабом свете из витрины с оружием.