Кольцо половецкого хана - Наталья Николаевна Александрова Страница 16

— Здравствуйте, Олег Николаевич! — повторила она. — У нас здесь встреча с одноклассниками.

— А я вот… у родственника юбилей, — сказал он и указал на другой зал. — Еще увидимся, Лёля…

Надо же, он помнит, как ее зовут…

Лёля вежливо улыбнулась и пошла к своим.

Девчонки выглядели очень даже неплохо. Все стройные, одеты хорошо, так что Лёля порадовалась, что потратила столько времени на подготовку.

Сонька Лапина вышла замуж, Варька Короткова родила двойню, Маринка Карасева переехала в новый дом, остальные хвастались детьми и квартирами.

Лёля не завидовала, просто ей были неинтересны такие разговоры, поэтому они тихонько отошла в сторону.

И перехватила взгляд симпатичной молодой женщины.

— Лёнька, неужели не узнаешь меня?

— Ленка! Ленка Зайцева! Или уже нет?

— Зайцева я, как и ты Королькова.

— Но что с тобой? Я тебя сразу и не узнала.

Что-то у Лены всегда было с лицом, дефект с рождения. Рот как-то немного на сторону, верхняя губа нависала над нижней. В первом классе она даже плохо говорила, потом ей сделали операцию, потом еще одну. Речь стала более четкой, но на лице остались шрамы. Говорили, что это на всю жизнь.

И теперь вот лицо были чистым, черты лица правильные, улыбка хорошая.

— Вот, видишь, нашла врачей! — Она засмеялась. — Только не спрашивай, сколько все это стоило!

— Я очень рада, — искренне сказала Лёля, Лена всегда ей нравилась. Близко они не дружили, и винить в этом было некого. Лёля тоже плохо сходилась с людьми, особенно после того, как завуч в первом классе назвала ее сиротой.

Одноклассники с шумом рассаживались за столом, вот уже Людка Семицветова говорит речь, потом все выпили, поели, и разговор пошел веселый.

Лёля выпила шампанского, попробовала закуски и тут заметила, что Людка Семицветова, которая осталась как бы не у дел, подмигивает ей и мотает головой в сторону.

И что ей от Лёли нужно? Три раза звонила, спрашивала, придет или не придет. И как же не хочется с ней разговаривать…

Лёля сделала вид, что не поняла намеков, и тихонько вышла из-за стола. Как-то ей стало неуютно вдруг тут, в шумной компании.

В общем зале играла музыка, певица с довольно приличным голосом пела что-то медленно и страстно.

— Вы позволите? — послышался сзади негромкий голос, и Лёля увидела Стрепетова.

Ну да, так его зовут, Олег Николаевич Стрепетов. Арсений вечно твердил: Стрепетов то, Стрепетов сё…

Настроение упало, но Лёля видела, что Людка Семицветова устремилась за ней, так что улыбнулась и пошла за Стрепетовым в общий зал.

Она положила руку ему на плечо, он обнял ее твердой рукой, не слишком прижимая к себе.

— Вам очень идет это платье, оно удивительно подходит к вашим глазам… — вполголоса пробормотал Стрепетов, — я еще в прошлый раз это заметил…

Лёля тут же расстроилась.

Надо же, заметил, что она в одном и том же платье. Еще подумает, что оно у нее одно на все случаи жизни.

Она тут же уверила себя, что Стрепетов — мужчина, а мужчины никогда о таком не думают. Но все же как-то ей стало неуютно.

Сумочка осталась в том зале, возле стола, а то можно было бы дотанцевать до гардероба и уйти по-английски, не прощаясь.

— Олег Николаевич, — начала она.

— Можете называть меня просто Олег, — перебил он дружелюбно, — вы же не моя сотрудница… А, кстати, позвольте спросить, какое у вас полное имя? Елена или Ольга?