Мигрант - Павел Астахов Страница 16

— Именно так, – отрезал Исламов.

— Позвольте спросить, как вы или ваши подчиненные смогли прийти к такому выводу? – поинтересовался адвокат. – Без проведения доследственной проверки?

— Я хорошо знаю семью Мирзоевых, – высокопарно ответил майор. – У меня нет оснований подозревать мальчишек в совершении такого мерзкого преступления.

— Эти мальчишки, Рустам Заурович, с вашего позволения, учатся в десятом и одиннадцатом классе. Они уже давно носят бороды и являются активными участниками клуба боев без правил.

— Послушайте, а вы-то кем приходитесь этой Стешковой? – перешел в наступление Исламов. – Она ваша дочь, господин Павлов? Племянница?

— Она жертва преступления, – просто сказал Павлов. – И я буду представлять ее интересы в уголовном деле, которое, я уверен, все же будет возбуждено.

— Покажите ордер.

Артем усмехнулся, вновь открывая папку:

— О чем разговор, Рустам Заурович… Ордер будет через пять минут, вы же понимаете, что это формальность. У меня и печать с собой есть, я все-таки руководитель адвокатской коллегии.

Видя, как адвокат начал заполнять документ, лицо майора приняло кислое выражение.

— Вы же законник, так пусть все будет по закону, – буркнул он.

— Странно это слышать от вас, – заметил Павлов. – Учитывая, что целую неделю не можете принять заявление от потерпевшей. Хотя это прямая обязанность правоохранительных органов в соответствии с уголовно-процессуальным законодательством.

Исламов поджал губы. Закончив заполнять бланк ордера, Артем поставил штамп и продолжил:

— Рустам Заурович, я хочу конструктивного взаимодействия. У меня нет желания вам угрожать, тем более, судя по всему, вы охотник, а таких людей трудно чем-то испугать. Но в этой папке у меня несколько копий жалоб на бездействие вашего отдела. Если ваше ведомство и на этот раз не примет заявление, через час одна из них будет лежать на столе у главы Следственного комитета, вторая отправится в прокуратуру, а третья – в Департамент собственной безопасности МВД.

Исламов облизал губы, которые почему-то стали сухими.

— Что вы сразу жалобами угрожаете, Артемий…

— …Андреевич, – подсказал Павлов.

— Да, извините… Артемий Андреевич. Нельзя было сразу по нормальному, по-хорошему?

— Я, честно говоря, сбит с толку, – признался Павлов. – У меня такое ощущение, господин Исламов, что мы с вами на рынке арбуз выбираем. Власть наделила вас серьезными полномочиями для защиты граждан. А по факту получается избирательный подход. Этот нравится – свой парень, не трогаем его. Этот не нравится – за решетку его.

— Не передергивайте, – хмуро бросил майор. Он снял трубку телефона, нажав на кнопку вызова:

— Дежурный? Сейчас к вам адвокат Павлов спустится. Да, Павлов. Зарегистрируйте заявление. Да, по всей форме.

Вернув трубку на место, Исламов повернулся к Артему:

— И все равно я скажу, Артемий Андреевич. Зря вы ввязываетесь в это дело. Повторяю: я давно знаю эту семью. Мансур – нормальный парень, спортсмен, он никогда не стал бы насиловать девушку. Эта Стешкова, видимо, сама мальчишку соблазнила, а теперь хочет с него деньги вытянуть.

Павлов лишь пожал плечами:

— Следствие покажет.

Порошок в барсетке

Карим постепенно осваивался на новом месте. Он поселился в однокомнатной квартире, где кроме него обитали и трудились еще трое его земляков. За исключением Карима, самого молодого, у каждого из мужчин были семья и дети, и они исправно отправляли на родину деньги, оставляя себе лишь необходимый минимум для проживания.