Тени яблоневой аллеи - Дарья Калинина Страница 16

Впрочем, сегодня под липой было немноголюдно. Сидели лишь три продавца. Мужчина средних лет и две бабулечки. С одной из них Оленька была особенно дружна.

— Анна Вольфовна! – обрадовалась она старой знакомой. – Здравствуйте! Что вы продаете?

— Не столько продаю, Оленька, сколько пристраиваю в хорошие руки. Земляничка у меня, видишь, наросла.

Перед старушкой и впрямь стоял ящик, до отказа заполненный молоденькими кустиками садовой земляники. Их было так много, что они теснились единым зеленым ковром.

— Куда же вы так много посадили?

— Оказия со мной случилась. Зимой я по ошибке заказала себе сразу десять пачек семян. Думала, что заказываю десять кустиков, а пришло мне десять пачек с семенами. Да еще в каждой пачке щедро так насыпано, не в пример прочим производителям. Что мне делать было с таким богатством? Пару пачек по знакомым насилу пристроила, а остальные высыпала в плошку и положилась на милость Божью. Понадеялась, что вырастет столько, сколько мне нужно – десять штучек или чуть больше, а они как начали расти! Щеткой! Все или не все взошли, не знаю, семена-то у них мелкие, не сосчитаешь, но мне и тех, что наросли, все равно много оказалось. Все лето с ними возилась. Устала. Две грядки земляникой засадила, а еще в десять раз больше осталось. Теперь ищу саженцам добрые руки. Не возьмешь себе несколько кустиков?

— С удовольствием возьму.

Оленька не соврала насчет удовольствия, кустики и впрямь выглядели веселенькими. Некоторые цвели, а на многих уже виднелись ягодки.

— Ремонтантная земляничка, как начала плодоносить, так все лето нас с Петром Филипповичем урожаем радовала. Ягодки душистые.

Деньги за саженцы Анна Вольфовна отказалась брать категорически.

— Тебе от меня подарок. Кстати, хотела тебя спросить, как твои петухи поживают?

— Неплохо.

— Голосистые они у тебя. Петр Филиппович, и тот поговаривает, что надо бы нам тоже одного себе петушка взять, пусть вместо будильника у нас служит.

— Возьмите у меня. Любого отдам с легким сердцем, знаю, что ему у вас хорошо будет.

— Спасибо, но нет, Петр Филиппович нарядного себе хочет. Чтобы хвост огнем переливался, а у тебя все они вроде как белые?

— Белые, – подтвердила Оленька. – Но орут очень громко.

— Соседи не жалуются?

— Вообще-то было пару раз.

И Оленька вспомнила, как к ней явилась очень неприятная дама с соседней улицы, но чей участок примыкал к дому Оленьки. Когда-то там жил весьма симпатичный мужчина, Роберт Владленович, с которым у Оленьки завязалось тесное знакомство, основанное на совместном расследовании случившегося в их поселке убийства. Но с тех пор много воды утекло, Роберт Владленович больше в поселке не показывался, а в его доме поселилась та самая скандальная особа, о которой и шла речь.

Дама снимала дом на летний период, платила за аренду домика и участка деньги и на основании этого почему-то воображала, что теперь все вокруг должны плясать вокруг нее и быть озабочены исключительно тем, чтобы сделать ее пребывание в поселке наиболее комфортным. Она-то и заявилась как раз к Оленьке с претензиями на шум от петушков.

— Вы мешаете мне спать!

— Я?!

— Не вы конкретно, но ваши птицы! Они орут!

— Ну правильно. Коровы мычат, лошади ржут, а петухи кричат на рассвете.

— Запретите им это делать!