Сети чужих желаний - Марина Серова Страница 17

— А когда вы виделись в последний раз?

— Так сразу не скажу. — Он немного подумал, а затем добавил: — Кажется, еще до Нового года. У него тогда в компании какая-то проверка была, и выявили, что кто-то сливает данные конкурентам. Сережа тогда уволил то ли десять, то ли двадцать сотрудников и срочно искал им замену. Я отказался, потому что он предлагал вакансии, где нужно часто и долго общаться с людьми напрямую. Мне это не по душе.

— И как он воспринял ваш отказ?

— Нормально, по крайней мере, мне так показалось. Сережа сказал, что хотел бы иметь в команде такого человека, как я, и добавил, что если я надумаю, то пусть позвоню ему.

— После этого вы не созванивались?

— Только по праздникам — на мой и его дни рождения. Он работает, я работаю, — Геннадий пожал плечами. — А почему вас это интересует?

— Просто интересно, какие у Сергея Петровича были отношения в семье. Если бы он оставил завещание, то вы бы могли претендовать на фирму.

— Мог бы, но Сергей никогда бы так не сделал.

— Он не доверял вам?

— Возможно, доверял, но не до такой степени, чтобы оставлять мне всю его империю. Если честно, я даже не знаю, что бы делал, если бы он все же сделал это. Все-таки я не очень люблю лезть в его дела.

— Но вы все же сейчас хотите устроиться в его компанию.

— Да, тетя настояла на том, что в компании должен быть кто-то из родственников.

— Чтобы в будущем она снова стала принадлежать вашей семье?

— Все так. Я разговаривал с Робертом. Он сказал, что по предварительному голосованию его избирают следующим директором. Я надеюсь набраться опыта и в будущем стать директором компании.

— И вы сами этого хотите?

— Нет, но я обязан многим своей тете, да и в такой момент не могу отказать ей. Она живет в деревне. Пенсия у нее небольшая, и Сережа полностью обеспечивал ее. Моей тете необходимо дорогостоящее лечение. Если компания уйдет кому-то другому, то мы не сможем оплачивать его.

— А как же деньги? Ведь его накопления достанутся матери Орлова как прямой наследнице, — удивилась я.

— Деньги Сергей вкладывал в развитие дела. Свободных капиталов у него практически нет, насколько мне известно…

— Это объясняет многое. У вас хорошее резюме, но плохие характеристики. Как же так получается?

— Не умею ладить с людьми. В каждой фирме есть свои правила, которые нужно знать. Я имею в виду отношения внутри коллектива. По мне, так это все ерунда. Я хожу на работу, чтобы работать, а не слушать бред, что мне нужно чуть ли не в ноги падать начальству. Само собой, на этой почве у нас возникали конфликты, но я не обращал на них внимания, пропускал мимо, словно белый шум.

До разговора я представляла его безответственным лентяем, которого хотят протолкнуть по связям в крупную фирму. Однако сейчас я думаю о нем как о разносторонне развитом специалисте, не по своей воле ставшем жертвой обстоятельств. Смерть двоюродного брата сильно изменила его цели. Я записала его слова, и мы попрощались. Уже в дверях он остановился и спросил:

— А настоящее собеседование будет?

— Не понимаю. В каком смысле настоящее? — Я попыталась сделать самое удивленное и непонимающее лицо.

— Все вы понимаете, Татьяна. Я слишком давно хожу по собеседованиям. В любом случае мой номер у вас есть.

Он ушел, а я осталась сидеть с легкой усмешкой на лице. Сомневаюсь, что он понял, кто я на самом деле, однако Геннадий и вправду оказался очень проницательным. Не припомню, чтобы хоть кто-то за последние пару лет смог раскрыть мою маскировку. Думаю, нужно будет передать в отдел, что с ним нужно аккуратнее. Пока я собирала вещи, зашел Василий.