Цветы смерти - Ли Тонгон Страница 17

Прокурор взял со стола документы и мертвыми глазами посмотрел на Ли Ёнхвана. Он не испытывал ненависти к нему. Просто исполнял свой долг воина.

Тот в ответ лишь усмехнулся. Чан Тонхун нахмурился сильнее, но в целом его лицо оставалось таким же безэмоциональным.

— Я тот, кто дает возможность людям в инвалидных колясках ходить, кто делает больных здоровыми. Я могу вылечить любую болезнь. Как вы смеете, господин прокурор, угрожать, что убьете меня? Не думаю, что сможете. Или считаете меня шарлатаном? – возмутился Ли Ёнхван.

— Конечно, я не эксперт в медицине, но, посмотрев на фотографии пациентов, с уверенностью могу сказать, что верю вам. Десять человек, которых вы вылечили, даже дали интервью на телевидении.

Ли Ёнхван откинулся на спинку стула и залился истерическим смехом. Казалось, слова прокурора его позабавили.

Недавно его перевели в одиночную камеру. В ней стоял телевизор, поэтому он знал из новостей, что люди верили в его способности. Поэтому его невероятно смешили слова прокурора, который заявил, что уверен в его методе, но в то же время обещает убить.

— Господин прокурор, – усмехнулся Ли Ёнхван, – по всему миру живет множество людей, больных раком, множество инвалидов. И я единственный, кто может подарить им счастливую и долгую жизнь. Думаете, наше правительство позволит мне умереть? Метод существует только в моей голове – я предусмотрительно не оставлял записей. Поэтому если я умру, то унесу с собой в могилу возможность всего человечества избавиться об боли и страданий.

— Господин Ли, вы же знаете, что в Корее всем заправляет право. Не важно, кем вы себя возомнили, богом или просто всемогущим человеком, судья будет выносить приговор в соответствии с законом. Вы убили кучу людей? Тогда вас ждет смертная казнь. Не будьте глупцом.

— А если все-таки не ждет? – спросил Ли Ёнхван.

— Я убью вас сам, как и сказал раннее, – произнес Чан Тонхун, нахмурившись еще сильнее.

Ли Ёнхван расхохотался, словно провоцировал собеседника убить его прямо сейчас. Но лицо прокурора оставалось непроницаемым, как у восковой фигуры.

Началось расследование, Ли Ёнхван признал вину во всех убийствах, о которых было известно полиции. Он описал критерии, по которым выбирал жертв, и сам процесс похищений. Обычно все происходило безо всякой четкой схемы – идеальный метод преступников, о котором обычный человек и не догадывается. Поэтому полиция не могла никого отыскать и объявляла пропавшими без вести.

Когда Чан Тонхун спросил преступника об опытах на людях, тот пояснил, что искусственно вызывал и лечил различные заболевания и патологии у похищенных. И так повторялось раз за разом, пока подопытный не умирал. Прокурор потребовал подробности, но Ли Ёнхван лишь неопределенно пожал плечами и замолчал. На этом первый допрос закончился.

После Чан Тонхун встретился с коллегой на площадке для курения, и они направились в кафе напротив, чтобы пообедать.

— Слышал, тебе поручили дело Ли Ёнхвана, – начал собеседник. – Ты серьезно будешь добиваться смертной казни?

— Что ты имеешь в виду? – удивленно спросил Чан Тонхун.

— Не думаю, что Ли Ёнхван мошенник. Говорят, ты тоже веришь в его способности. Раз он может излечить любую болезнь, может, стоит оправдать его? Более трехсот тысяч человек подписали петицию с требованием его смерти. Больные люди, напротив, требуют освободить его, о нем говорят даже за границей. В тюрьму ты его можешь посадить, но приговорить к смертной казни? Не думаю, что получится, – ответил коллега, наливая воду в стакан.