Вне закона - Всеволод Крестовский Страница 178

* * *

Около полудня Демьян вернулся и привез сведения настолько обстоятельные, что никаким сомнениям не могло уже быть места.

Ирина выслушала его почти спокойно и, подумав с минуту, приказала закладывать себе карету, а сама стала одеваться.

Через полчаса человек доложил, что экипаж уже готов к ее услугам.

Ирина сошла на подъезд совершенно твердой и спокойной поступью.

— К обер-полицеймейстеру! – твердым голосом сказала она кучеру, ступая на подножку кареты.

VI. Как снег на голову

Однажды Вельтищев, после утренней прогулки верхом, сидел в своей деревенской столовой, где был накрыт стол для завтрака, и пробегал газеты, только что доставленные с почты. Людмила приготовляла кофе. В это время между ними был мир и царило согласие, потому что Вязьминов дней пять уже как уехал в губернский город, где должен был остаться еще на несколько суток по делам своей службы.

Вдруг на улице послышался звон нескольких почтовых колокольчиков, и через две-три минуты во двор усадьбы въехали три тройки. На одной сидел местный исправник с каким-то чиновником, на другой – жандармский офицер и еще кто-то, на третьей – становой и письмоводитель. Два жандарма помещались на облучках двух передних троек.

— Кого это Бог несет? – обернулся к окну Вельтищев и вдруг побледнел, рассмотрев неожиданных посетителей.

— Людмила… это что-то недоброе, – смущенно проговорил он упавшим голосом. – Там полиция, жандармы, еще кто-то… это неспроста!..

Она подбежала к окну и на мгновенье тоже смутилась, но не более как на мгновенье. Она инстинктивно понимала, что при внезапности этого приезда, который не обещает ничего хорошего, надо прежде всего сохранить хладнокровное спокойствие и самообладание.

— Что бы там ни было, – обратилась она к мужу, вскинув на него ободряющий взгляд и кладя на плечо его руку, – помни только одно: спокойствие! Как можно больше спокойствия! Обдумывай каждый ответ, а главное – открытый, бодрый вид и спокойствие!.. Ну, не робей! Ободрись, мой милый, – они идут уже!

Через минуту в смежной комнате уже послышались шаги нескольких человек. Лакей приотворил было дверь, чтобы предупредить своих господ.

— Без докладов, без докладов, любезнейший! – остановил его чей-то повелительный голос. – Мы и сами о себе доложим!

И вслед за тем в столовую вошли исправник, жандармский офицер и еще третье лицо, в очень изящном дорожном костюме, но с форменною фуражкою в руке.

Людмила взглянула на последнего из вошедших и невольно отступила на шаг, исполнясь немалым изумлением.

Перед нею стоял Жаночка Вантрик.

Но что это был за Жаночка! Это был сам Юпитер в образе Жаночки. Всякая фибра его лица, всякий взгляд и движение, даже всякая складка одежды как бы прониклись великостью того особого назначения, которое призван исполнить Жаночка. Он чувствовал, что он теперь особа, что все эти господа, приехавшие с ним, не более как его «антураж», аксессуарная обстановка, а он – один он здесь вершитель и решитель судеб человеческих.

— Имею честь рекомендоваться! – с правоведски-комильфотным пришепетыванием сквозь зубы начал Вантрик, слегка кивнув головою. – Прислан из Петербурга по особому следствию. Впрочем, мы с вами уже знакомы, а с вами в особенности! – прибавил он, обращаясь к Людмиле не без затаенной язвительности.