Последняя жертва озера грешников - Марина Болдова Страница 19

— Первым поступило заявление о пропаже Коржевского Юлия Карловича, проживавшего по адресу Новоспасская, четырнадцать, квартира тридцать четыре. Старику восемьдесят пять. Заявление написал дальний родственник, внучатый племянник, приехавший в командировку из Владивостока. Сунувшись к дядюшке в квартиру, он застал там незнакомых людей.

О своем грядущем визите племянник сообщил Коржевскому за две недели до поездки. Утверждает, что, несмотря на возраст, старик пребывал в здравии как физическом, так и умственном. То же самое подтвердили и соседи. Ты знаешь этот дом? Нет? Новоспасская, четырнадцать и шестнадцать — два ведомственных дома аэрокосмического университета, где в основном живут преподаватели. Эти дома — полнометражные четырехэтажные «сталинки». Цена трешки — минимум двенадцать миллионов.

— Другие проданные квартиры по такой же цене?

— Да, примерно. Плюс-минус лимон. И все в историческом центре.

— Что говорят соседи?

— Коржевский когда-то заведовал кафедрой информатики, потом только читал курс, окончательно ушел на пенсию лишь в семьдесят лет. Соседи утверждают, что старик в основном жил на даче в Прохоровке, с майских праздников по октябрь. Поэтому никто и не хватился его сразу. В доме почти все пенсионеры, возраст от пятидесяти пяти до возраста двух одногодков — Коржевского и некоего Леонова. Эти двое были друзьями, пока не поссорились из-за какой-то ерунды года три назад. Леонов — лежачий, ухаживает сиделка, нанятая сыном. Все отзывы о Коржевском, в том числе и Леонова — просто песня. И только одна женщина из всех опрошенных заявила определенно, что старикан Юлий — тихий пьяница. Каждый день у себя в трехе накачивался коньяком и укладывался спать. Она живет этажом ниже, с Юлием в молодости у нее случился роман, но разбежались еще до его женитьбы. В последние годы захаживала иногда прибраться, да еды приготовить. Хотя, говорит, сам справлялся…

— А где семья старика?

— Жена умерла пять лет назад, детей нет. Приехавший племянник — внук двоюродного брата. Кстати, единственный наследник, если что. Но у него алиби.

— Мог заказать?

— Нотариус Олеся Мыколовна Пономаренко, которая готовила все сделки, утверждает, что все семь эпизодов, в том числе и с известными трупами собственников — не заказ. Квартиры продавались случайным покупателям, доверенности всеми владельцами квартир оформлялись на четверых подставных членов банды: Романа Волощука, Игната Головатого, Григория Соболь и молодой женщины — Натальи Олейник. Их Олеся Мыколовна знала лично. И еще. Дамочка призналась, что финансовые расчеты группы были у нее в руках. И все квартиры проданы за наличные. То есть, расплачивались мешками дензнаков.

— Где столько нала брали?

— Хороший вопрос. Не было там мешков, это я так, образно. Собственникам на руки при ней выдавалась разница в стоимости их квартиры и того жилья, которое якобы для этих бедолаг покупалось взамен, это — миллион-полтора. Для показа будущим жильцам у банды имелась скромная двушка в спальном районе на окраине, и домик с огородом в Пенкино Заречного района. Типа, все честно, вот вам миллионы, гуляй-не хочу, да еще и есть, где жить. А мы еще вам и с переездом поможем. После сделки «помогали». Куда на самом деле вывозились жертвы, Пономаренко не знает. Стоит на своем, сколько ни спрашивали. И типа этого, пятого, кто весь «бизнес» замутил, якобы тоже не знает. Он же, предположительно, по итогу отправил всех четверых исполнителей в мир иной.