Крысиный король - Валерий Шарапов Страница 21

— Обычные игральные кости, – пояснил Пищальников, но яснее от этого не стало. – Предположим, вам выпадает определенное количество очков, и в зависимости от этой суммы вы можете либо предпринять атаку, либо пойти на маневр. Но! – воскликнул он и вскинул указательный палец вверх. – Пехота идет вперед за один ход не больше чем на двенадцать сантиметров, кавалерия – на сорок. Мы тут засиживаемся, бывает, и за полночь.

— И что же, вы так досконально знаете военную историю? – удивился Плотников.

— Что вы! Мой интерес упирается в Гражданскую войну. Я вообще убежден, что чем уже твой интерес, тем быстрее ты станешь профессионалом. Не распыляешься, так сказать, по пустякам.

— И Борис Васильев, значит, занимался с вами, – о чем-то размышляя, скорее себе, чем собеседнику, сказал Плотников.

— Да. Вы знаете, он очень хорошо чувствует эпоху. И такой дотошный, я вам скажу! Вот смотрите. – Он повел подполковника к шкафу.

Открыл дверцу и достал коробку с надписью «1922». Рядом шел список фамилий, среди которых Плотников увидел и фамилию Бориса.

— Пожалуйста, – протянул Пищальников деревянную фигурку матроса. – Сам выстрогал остов, и обратите внимание на форму – точная копия. Борис даже где-то достал ткань того времени. И так расстроился парень, думал, говорит, целый бушлат, а там только рукав уцелел. Да и тот на тряпки порезан. Но вот что значит внимание к деталям, я вам говорю! – вновь восхитился Пищальников.

Андрей Геннадьевич задумался еще больше, глядя на искусно выполненную фигурку матроса в бушлате и бескозырке.

— И вот этих гренадеров, посмотрите, – продолжал раскрывать свои сокровища Александр Петрович, – тоже сделал Боря. Вы только посмотрите, как он с ватой работает! Сразу видно, рука набита. И потом, вот эти мундиры! Все сам шьет. Сидит тут и прямо стежок к стежку!

— Александр Петрович, я очень вам благодарен за экскурсию, – искренне поблагодарил подполковник мужчину. – Если вдруг Борис объявится или еще кто-то будет его искать, сообщите, пожалуйста, мне. Я оставлю вам телефон, – сказал Плотников, наскоро записывая в блокноте номер служебного телефона.

Он попрощался с Пищальниковым и вышел на улицу. Воздух был наполнен ароматом цветов. В голове все еще звучал голос Александра Петровича, рассказывающего о кропотливой работе Васильева.

«Какой занятный все-таки человек!» – подумал Плотников. Он никак не мог взять в толк, почему его так беспокоит пропажа свидетеля по делу о квартирной краже. Возможно, потому что Васильев не простой свидетель и знает гораздо больше, чем это пока можно предположить. Одно Плотников знал наверняка: ответы на вопросы об исчезновении талантливого юноши стоит искать не в протоколах допросов, а в крошечных мундирах, кропотливо сшитых этим удивительным человеком.

* * *

— Вот что, – сказал Плотников, заходя в кабинет, – объявите-ка Васильева в розыск. Его уже неделю никто не видел ни на работе, ни в общежитии.

— Слушаюсь, товарищ подполковник, – сорвался с места Миролюбов.

— Андрей Геннадьевич, – начал Михалюк, – не похож он на вора. Мало ли, может, личную жизнь налаживает?

— Может и налаживает, Стас, – согласился Плотников. – Вот только очень уж меня беспокоит, что у меня за эту неделю в расследовании всплыли алмазы и старая Библия. Не самый традиционный набор для краж. Смекаешь, куда я клоню?