Грехи маленького городка - Кен Джаворовски Страница 24

По пути я достал визитку с именем священника, которую вручил мне шеф полиции, и зашвырнул ее в мусорный бачок для вторсырья. Потом вернулся домой, лег в постель и постарался как следует выспаться.

С утра, прежде чем покончить с собой, мне предстояло многое сделать.

* * *

На следующее утро я проснулся, стал прислушиваться и с полминуты не мог понять, почему Энджи до сих пор спит и ее не слышно. А еще гадал, почему Кейт нет в постели, она же обычно встает поздно.

Потом осознание обрушилось приливной волной, и я остался лежать, потрясенный и раздавленный до такой степени, что на меня напала нервная трясучка. Взгляд заметался по сторонам, я совершенно потерялся и стал убеждать себя, будто все случившееся вчера – лишь кошмарный сон, от которого мне только что удалось очнуться. Однако вскоре пришлось заставить себя смириться с тем, что моих любимых больше нет. Эмоции стали захлестывать, и мне оставалось лишь утешаться мыслью о скоротечности моих страданий. Продержись сегодняшнее утро, приказал я себе. А потом можно будет покончить с жизнью и всей ее болью.

Я принял душ и постарался максимально привести себя в порядок, чтобы выглядеть презентабельно. В моем случае это означало надеть джинсы, купленные два года назад, и простую черную футболку. Потом я прошел несколько кварталов до похоронного бюро, которое выбрал по территориальному признаку: оно располагалось ближе всего к дому.

Там я застыл на крыльце, не зная, то ли постучать, то ли просто войти, но через несколько мгновений нерешительности меня спасла женщина, которая, вероятно, увидела меня из бюро. Она открыла входную дверь и сказала:

— Доброе утро!

Ей было, наверное, лет шестьдесят. Седовласая, с хорошей укладкой, она, подобно мне, надела сегодня джинсы и футболку, но при этом производила впечатление респектабельности и профессионализма, которых у меня никогда и в помине не было. Женщина посмотрела мне прямо в глаза, а я, наоборот, стал глядеть в сторону, стесняясь покрасневших белков.

— У вас… открыто?

— Да. Муж уехал по делам, но я готова вам помочь. Не хотите ли войти?

Я последовал за ней в маленький кабинет, располагавшийся неподалеку от входной двери, справа. Хозяйка предложила мне тяжелый деревянный стул, а сама села за стол.

— Наверное, надо было позвонить, но, как бы так сказать, видите ли… – Я нечаянно сбился на филадельфийское произношение и заставил себя притормозить. От такой манеры речи местные порой дуреют: я слишком четко произношу окончания, да и словарный запас у меня несколько отличается. Бывало, спросишь в лавке: «У вас есть содовая?» – и слышишь в ответ озадаченное: «А шипучка не устроит?»

В общем, я вынужден был замолчать, чтобы взять себя в руки. Женщина пришла мне на помощь:

— Не волнуйтесь. Хотите кофе?

— Нет. Его слишком долго варить.

— Минутное дело: у нас кофеварка новой модели. Сказать по правде, я бы и сама не отказалась от чашечки. Сейчас вернусь.

Я стал разглядывать кабинет: на стенах – образцы мемориальных табличек, сертификаты в рамочках, фотографии. Тут стояла такая тишина, что было слышно, как в соседней комнате журчит наливаемый в кружку кофе. Женщина сунула в дверь голову:

— Вы какой пьете?

— Пожалуйста, с молоком и без сахара. – Я попросил бы добавить и капельку виски, если бы не ранний час и специфическое дело.