Презумпция виновности. Часть 2. Свой среди чужих, чужой среди своих - Макс Ганин Страница 246

Ближе к обеду Борис, улыбаясь, появился в отряде.

— Я могу сказать вам только одно: так быстро я не бегал никогда в жизни! — заявил с порога Боря и засмеялся.

— Усейн Болт[160]и рядом с тобой не стоял! Все мировые рекорды были побиты сегодня! — пошутил в ответ Григорий. — Ты бы видел запыхавшегося Патрона! Он еле дышал.

— Что случилось-то, Боречка? — спросил взволнованно Гагик.

— Обшмонать меня захотели с утра пораньше! Ну, я решил не испытывать судьбу и дал деру. Я, если честно, не думал, что они за мной побегут, а тут смотрю — догоняют. Ну, я и скинул телефон Грише. Знаю, что он парень бывалый и сразу поймет, что делать надо. А потом убежал в третий, рассказал своим корешам о ситуации, а они и предложили сдать мусорам старье вместо айфона.

— Я деньги перевел, куда ты велел! — прервал его рассказ Баблоян.

— А на вахте как тебя приняли после утреннего забега? — поинтересовался Григорий.

— О-о-о! Это было что-то с чем-то! Патрон хотел меня дубинкой по спине и жопе отхлестать, и на этом инцидент был бы исчерпан, но тут откуда ни возьмись появился Наилич и забрал меня в свой кабинет.

— Измаилов всегда появляется в ненужный момент, как будто караулит и ждет, когда б ему выскочить, как черту из табакерки, — подтвердил слова Нестерова Гриша.

— Это точно! Так вот, он меня спрашивает: «Чего нес?» Я достаю телефон, купленный у барыги, и протягиваю. Он посмотрел на эту рухлядь и говорит: «Даю тебе час, чтобы принес то, что у тебя реально было с собой, а не то отправлю на кичу — и про УДО свое можешь позабыть навсегда!»

— Да, обмануть Ильяса не так просто! Он волчара бывалый и сразу просек, что из-за этого смартфона ты бы так не рисковал и не устраивал «веселые старты» с утра пораньше…

— Что нам делать-то? — переживая за свой айфон и за Борю, спросил Баблоян.

— Отдашь ему мой! — предложил Григорий. — И скажешь, что я попросил спрятать свою трубку у тебя в бане на время. Он это схавает точно. А заодно и расскажешь ему правду, как скинул во время бега через жилку мой телефон, а теперь пришел, рассказал, что тебе хана, и я из жалости отдал. Я даже с него удалять ничего не буду для большей правдивости.

— А брокерское приложение? — прервал Григория Гагик, слегка испугавшись за свои инвестиционные вклады.

— Не волнуйся! Сделаю так, что они в него не смогут попасть, — успокоил его Гриша. — А я возьму себе взамен твой новенький «Самсунг» с большим экраном. Он и побыстрее работает, и памяти в нем побольше. Не возражаешь?

— Нет, конечно, — одобрил Баблоян. — А Боря-то каков! Не испугался! Не предал! Не подвел! Это дорогого стоит, Боречка. Я никогда этого не забуду! Я преданных людей примечаю и всегда поддерживаю.

Боря вернулся на вахту с Гришиным смартфоном, а через десять минут вышел и направился в сторону бани. Вечером он подтвердил, что начальник оперчасти с удовольствием принял их историю и вцепился в трубку Тополева, как бойцовская собака в горло соперника.

На Григория эта история никак не повлияла: его никто не дернул на разговор и не постарался наказать. Однако баню как относительно безопасное место для хранения запретов они временно потеряли. Поэтому курок под полом клуба остался за Гагиком, а Тополев нашел себе отличное потайное место в стене умывального помещения. Там к кирпичной кладке были прибиты деревянные бруски направляющих под декоративную пластиковую стену из высоких и узких панелей, за которыми было небольшое пространство, и Гриша своей длинной рукой мог засунуть туда контейнер с телефоном так, что его практически невозможно было найти.