Новая жизнь Агаты - Александра Миронова Страница 32

— Мы можем выпить чай на диванах? — поинтересовалась она.

Софа замялась:

— Я бы с удовольствием, но Сергей не разрешает есть нигде, кроме кухни.

— Что значит «не разрешает»? Он тебе кто — мама или папа?

— Муж….

— Объелся груш! Ты у себя дома и можешь делать то, что считаешь нужным. А кто с этим не согласен, может поискать себе другой дом. Сама ты не против расположиться на диване?

— Нет, конечно, — покачала головой Софа. — Если честно, я просто обожаю там валяться, смотреть телевизор и что-нибудь грызть. Но уже очень долго себе этого не позволяю.

Спустя несколько минут женщины расположились вокруг небольшого столика на мягких диванах, где принялись наслаждаться свежайшими пирожными и болтать. Разговор сам собой вышел на Алину.

— Кто мог желать ее смерти? — прямо поинтересовалась Агата.

— Все, — фыркнула Софа, и на щеках снова возникли ямочки. — В смысле, эта гадюка всех доставала.

— И почему ей это позволяли?

— Не знаю. Мне вообще кажется, что у нее была дома папочка с компроматом на каждого. Все об этом знали, поэтому предпочитали ей не перечить. Алина чувствовала себя королевой поселка, никто никогда не давал ей отпор.

— А потом ее просто стукнули кирпичом по голове, — пробормотала Агата. — Скажи, а любовник у нее был?

— Любовник? — Софа тут же отвела взгляд в сторону, и Агата насторожилась. Верный признак того, что человек пытается скрыть информацию. Агата решила немного поблефовать:

— Да, любовник. Точнее, я знаю, что он у нее был, я просто хотела бы узнать, как его зовут и где его найти.

— Это Валерий Веневитинов, — немного помолчав, все же сказала Софа.

— И где он проживает?

— В «Лесной поляне».

— Это понятно, но хотелось бы поконкретнее, в каком доме?

— «Лесная поляна» — это его родовое поместье, усадьба. Собственно, она и дала название нашему поселку.

— Родовое поместье? — закатила глаза Агата. Как человек, вышедший из пролетарской среды, она питала определенную дозу скептицизма в отношении псевдодворян. — Что за хрен с горы?

— Агата, — хихикнула Софа, и на порозовевших щеках на мгновение снова мелькнули ямочки. — Он не хрен, он депутат.

— Из партии муженька Алины?

— Вовсе нет, из конкурирующей. Он заместитель председателя «Новых коммунистов».

Агата окинула новую подругу долгим взглядом.

— Дворянин-коммунист? Софа, а не найдется ли у тебя что-нибудь покрепче чая?

Та вначале кинула испуганный взгляд на Агату, но затем, словно опомнившись, расправила плечи и выкатила грудь.

— У Сережи есть заначка.

— Неси ее сюда, — приказала Агата, — пора обезжирить твоего алкоголика. Поможем ему встать на светлый путь здорового образа жизни.

Два часа спустя Агата знала все. Валерий Веневитинов, по его словам, являлся потомком дворянского рода Веневитиновых. Естественно, в свое время родственников раскулачили, они сбежали во Францию, где просидели два поколения, но отец Валерия увидел в возрождающейся после разрухи и кризиса стране огромные перспективы и решил вернуться на родину предков. Довольно быстро у него получилось основать здесь успешное дело. Приехав с сохраненным и приумноженным родовым капиталом, он с головой бросился в мутный омут отечественного бизнеса, в котором ему удалось выловить парочку умирающих заводов, несколько шахт и даже месторождение редко-земельных металлов. Модернизировав все и возродив, отец значительно расширил инвестиционный портфель и привез в Россию юного Валерия, которого вовремя выдернул из пагубной среды золотой французской молодежи и внезапно отправил учиться в Суворовское училище. Отец также смог приватизировать разваливающееся на части родовое поместье, и оно оказалось в его полном владении. И как только папенька собрался перевезти в родные пенаты все свое многочисленное семейство, как внезапно на склоне лет его нагнала и серьезно ударила по голове нежданная любовь. Избранницей папеньки стала предприимчивая дамочка, выдающая себя за потомственную питерскую интеллигенцию, но на самом деле приходящаяся дальней родственницей дрессировщикам львов. Хабалистая и оборотистая, она сумела значительно проредить отцовский капитал.