Тени дома с башенкой - Евгения Ринская Страница 34

– Витеньки? – спросила она слабым голосом. – Витя был хороший мальчик.

Она подошла к комоду и аккуратно подняла стоявшую там фотографию. Римма Борисовна взглянула на нее и сразу узнала портрет, который видела на кладбище. С черно-белого овала на нее внимательно смотрел белобрысый мальчик в шерстяном свитере со светлыми, серьезными глазами. Рядом было еще несколько фотографий – серьезного мужчины со взглядом исподлобья и двух молодых людей, в которых Римма Борисовна без труда узнала Петю и Таню. Его – по неизменной копне непослушных волос, ее – по жизнерадостной улыбке.

Валентина Васильевна, не глядя на остальные снимки, непроизвольно погладила лицо сына. Римме Борисовне ужасно захотелось обнять ее за плечи, но она сдержалась – не хотела смущать пожилую женщину.

– Там на шкафу должна стоять коробка, – сказала она, обращаясь к Тане. – Ты как замуж вышла, мы часть вещей раздали, а эти я на память сохранила.

Таня принесла стремянку из прихожей и начала шарить руками по поверхности шкафа.

– Петя! – позвала она куда-то в коридор. – Помоги нам тут, я не дотягиваюсь.

Послышались шаги и в комнату вошел Петр – такой же долговязый и взлохмаченный, каким его запомнила Римма Борисовна.

– Достань коробку, – махнула Таня на верх шкафа.

Он кивнул, переставил чуть в сторону стремянку, вскарабкался по ней и вскоре снял пропылившуюся старую картонку. Бережно отряхнул и передал жене.

Таня и Римма Борисовна уместились на небольшом диване. Валентина Васильевна затихла в кресле у старого серванта – она что-то тихонько бормотала и то и дело качала головой. Наверное, разговаривала с давно пропавшим сыном или сетовала на тяжелую материнскую судьбу.

На первый взгляд в коробке не было ничего очень интересного – старый альбом с марками, потрескавшаяся от времени открытка с Тихоновым. Большой том «Двух капитанов» и незамысловатые старинные артефакты: крупный проржавевший гвоздь и гербовая склянка то ли из-под лекарств, то ли из-под духов.

Римма Борисовна задумчиво покрутила в руках старую открытку – на обратной стороне были видны сделанные аккуратным витиным карандашныепометки: «П. А. М. И.?», но они ей ничего не сказали, поэтому Римма Борисовна отложила открытку в сторону.

– А что ваш папа думал об увлечениях Вити? – спросила она.

Таня пожала плечами.

– Конечно, относился без особого восторга. Но вроде против ничего не имел.

– На кладбище я видела сторожа. Он рассказал, что накануне исчезновения Витя с отцом сильно поругались, и мальчик угрожал уйти из дома, – осторожно произнесла Римма Борисовна.

Но Таня неожиданно засмеялась.

– Иван. Это двоюрдный брат моего мужа. Он рассказывает мою историю, так что мне тут можно доверять. Они поругались не из-за самих поисков – отец нашел у него рисунки с изображением креста. Председатель совхоза, фронтовик, человек идейный, сама понимаешь – скандал был до небес. Отец забрал у Вити все его тетради, тот, естественно, пошел на принцип, хлопнул дверью. Но представь, каким ударом для папы стало, когда он после этого пропал.

Римма Борисовна напряженно думала и Таня расценила эту паузу по-своему.

– Но ты не подумай, папа хоть и жесткий был, но человек хороший. Мы когда приехали, я думала, не найду могилу уж на кладбище, так все заросло – а она вся чистенькая стояла. За ней местные, представь, приглядывали.