Последняя жертва озера грешников - Марина Болдова Страница 34

Ляна сделала глубокие вдох и выдох и отпустила, наконец, руку Лехи. Она поняла — ей вернули дар видеть то, что недоступно видеть другим.

— Почему ты не взял у него деньги, Леха? Или Валек? Как тебя зовут на самом деле? — не ведая страха, спросила Ляна, развернувшись к гостю.

Они сидели на старом, продавленном диване так близко друг к другу, что мужчине достаточно было сделать одно движение — например, цепко взять за горло здоровой рукой. И сжать пальцы посильнее. Тогда ей конец — куда ей против него! Теперь, находясь близко, она разглядела, что Леха не такой хилый, каким показался сначала. И рост у него… уж, точно, не ее, карликовый. Придавит, как клопа.

Но Ляна точно знала, что тот этого не сделает.

Он смотрел на нее молча и строго, как родитель на провинившегося ребенка. По крайней мере, ей так казалось. И он даже не шевельнулся.

Ляна вновь вздохнула. Такую реакцию на свои «видения» она встретила впервые. И что теперь? Снова хватать за руку? Чтобы уж добить… Она осторожно дотронулась до запястья Лехи. И тут же отдернула руку, потому что обожглась. Ее пальцы словно опалило огнем, Ляна вскрикнула.

Она даже не притронулась к Лехе, но всплыла не картинка, а эпизод с ее участием в качестве зрителя.

Она стоит недалеко от трассы, глядя, как в нескольких метрах от нее полыхает что-то большое, черное. Автомобиль Лехи. Вот раздается хлопок, огненные языки опаляют ветки рядом стоящего дерева. Кадр тут же сменяется другим — она наблюдает, как вглубь леса бежит человек в спортивном костюме. Он держит в руках пакет-майку, в котором лежит что-то весомое.

Спортивный костюм черного цвета. Очень похожий на тот, что сейчас на Лехе.

— Зачем спалил авто? — уже жестко спросила Ляна, отрезая все пути назад — ну, убьет… Нет, он не убийца, он — вор.

— Так надо было. Теперь меня нет, сгорел там.

— Мазерати не жалко?

— Жалко. Объяснишься?

— Могу попытаться…

— Давай, валяй. Начни с того, кто тебя послал вдогонку за мной. Он?

— Леха… — вздохнула Ляна, — послушай сначала.

— Не ври только, лады? И не бойся, убивать не буду.

— Я помню, ты не убийца, ты — вор.

— Запомнила, — ухмыльнулся тот невесело. — Хотя, какая, на фиг, разница, кем подыхать.

Ляна только сейчас заметила, что Лехе совсем плохо. Повязка была вся в крови. «Если могу видеть, попробую хотя бы кровь заговорить», — решила она.

— Леха, посиди спокойно, у тебя рана кровоточит. Я сейчас, — она наклонилась к нему и зашептала заговор.

— Ладно, брось. Что ты там бормочешь… или боишься, что и мой призрак с того света тебя донимать станет?

— Рано собрался, — Ляна встала с дивана и пересела на край столика — она хотела видеть лицо Лехи. — А сейчас молчи и слушай… Все, что я рассказала о себе — правда. Это раз. Никто меня не посылал никуда… вдогонку. Это — два. А теперь просто подумай, и ты поймешь, что это невозможно. И в-третьих, — это ты пришел ко мне в дом, я не я к тебе.

— Откуда тогда… про машину? Была там? Видела?

— Не была, но видела! Как бы видела.

— Экстрасенс, что ли? — рассмеялся вдруг Леха.

А на Ляну вдруг накатила старая обида. Все началось снова — недоверие, испуг, снова недоверие. Потом придет понимание и сильный страх — у каждого есть, что скрывать, а тут сидит такая, в голове копается. Затем — отстранение: чур меня, кто знает, что эта ведьма может, ну, и так далее. А потом и Леха тихо слиняет из ее жизни. Как ушел когда-то Захар Тальников, первая ее, Ляны, любовь, и многие другие, кому она помогала. Да что там вспоминать, от ее дара даже мать сбежала замуж в Германию! Задержались возле только Тата и… майор Сотник.