Искусство в крови: новое дело Шерлока Холмса - Бонни Макбёрд Страница 34

— Я верю вам обоим, – ответила она. – Не знаю почему, но верю. Пожалуйста, простите мои сомнения.

— Забыто, – подвел итог Холмс. – У меня есть основания полагать, что Эмиль все еще находится в Англии. Кто бы его ни похитил, он, вероятно, связан с графом и держит ухо востро. Утром мы втроем отправимся в Лондон. Сейчас четыре часа. Сначала необходимо немного отдохнуть.

— Поезд в Кале уходит с Северного вокзала в 11 часов утра, – сказала она, кутаясь в шаль.

— Мы будем в нем, – ответил Холмс.

— И мы отправляемся вчетвером.

— Посмотрим, – раздраженно хмыкнул Холмс.

Глава 10. История мадемуазель Ла Виктуар

Мы поспали несколько часов в квартире Лотрека, устроившись на двух из нескольких разнообразных шезлонгов. По четким и уверенным действиям горничной, разместившей нас и обеспечившей подушками и одеялами, стало ясно, что мы далеко не первые искатели приключений, которые отдыхают в этом салоне чудес. Но усталость быстро взяла верх над новизной.

Утром нам подали кофе и круассаны. Затем, несмотря на ее объявленное доверие к Холмсу, наша клиентка еще раз высказала настойчивое пожелание, чтобы Видок поехал с нами в Лондон. В отличие от вчерашнего вечера, Холмс легко согласился.

Я тепло попрощался с доктором Буржем, забрал наши вещи из отеля и в кэбе, когда мы ехали на Северный вокзал, спросил его, почему он так легко уступил.

— Держи друзей рядом, а врагов еще ближе, – усмехнулся Холмс. – Он все равно приехал бы туда вслед за нами. А так он будет у нас на глазах.

Вскоре мы уже мчались в Лондон в поезде «Чатем», в частном вагоне первого класса.

Мимо проносились покрытые инеем сельские пейзажи. Когда Видок задремал, прислонившись к окну купе, Холмс расспросил нашу клиентку о графе.

— Мадемуазель, расскажите об обстоятельствах, связанных с вашими краткими отношениями с графом. Любая деталь может оказаться важной, поэтому ничего не опускайте. Вам было восемнадцать, так? И где вы работали?

Леди помедлила и еще больше укутала плечи мягким шерстяным дорожным одеялом. И, когда она принялась рассказывать о своих первых шагах в Париже, на ее лице появилось мечтательное выражение.

— Я приехала из Прованса, из маленькой деревушки Эз. У меня было рекомендательное письмо, и я начала работать моделью сначала в Школе изящных искусств, а вскоре и у ряда частных художников в Латинском квартале, где познакомилась с Дега, Ренуаром, а позже и с Лотреком.

Сердце у меня лежало к музыке, и я надеялась стать певицей, – с улыбкой рассказывала она. – Однажды меня пригласили спеть на одном из soirées[49] небольшой группы писателей, которая называлась Les Hydropathes[50]. С тех пор я стала петь в нескольких кабаре, продолжая работать моделью художника.

Так постепенно мы узнали, что однажды вечером, в одном из этих маленьких кабаре, мадемуазель Ла Виктуар заметил лорд Пеллингем. Красивый граф кутил по всей Европе инкогнито, маскируя свой алкогольный вояж под поездку за произведениями искусства и скрывая его ото всех, в том числе и от коллег по Палате лордов и членов своей семьи.

Я не стал высказывать вслух мысль, что молодая певица, пожалуй, была самым значительным из его «приобретений».

После ее выступления на сцене у них с графом, которого она знала как «графа Уилфорда», случилась непродолжительная связь, продлившаяся три безумно счастливых дня и ночи, проведенных в «Гранд-отеле дю Лувр». Там он пил вино, обедал и ухаживал за юной девушкой таким образом, который, казалось, предопределял их светлое будущее.