Последняя жертва озера грешников - Марина Болдова Страница 36

— Нет, не слышала. Это он тебе деньги совал?

— В твоей киношке? Его шавка, мой бывший одноклассник Равиль Сабитов.

— Почему ты отказался? Мало дали? — усмехнулась Ляна и тут же поняла, что нет, причина не в этом.

— А из принципа, — явно соврал Валевский.

«Ладно, допустим. Хотя, смешно, ей-богу!» — подумала Ляна.

— Почему ты назвался вором, Леха?

— А я и есть вор. Я выкрал у Гафицы ребенка, — нехотя признался Валевский.

* * *

Ткачев маялся возле подъезда, расхаживая взад-вперед и поглядывая на свой мобильный.

— Простите ради бога, товарищ майор, опаздываю, — виноватую улыбку он, видимо, заготовил заранее.

— Не вопрос, могу вызвать в следственный комитет повесткой, — решил не церемониться с не очень приятным ему типом Сотник. Ну, не терпел он таких суетливых мужичков, вызывали они у него даже не отторжение, а настороженность. Казалось, поскреби по показному добродушию, обозначится лицемерие.

— Нет-нет, лучше сейчас. У вас есть ко мне вопросы? — тут же воскликнул Ткачев.

— Как давно вы знакомы с Ляной Шандоровной Фандо?

— Лично? С семнадцатого июля. Нас обоих на обсуждение сделки по продаже квартиры на Воскресенской пригласила к себе нотариус Краевская Маргарита Ильинична. Там мы и встретились впервые.

— Из каких источников вы узнали о том, что продается эта квартира?

— Присоветовала сама Краевская, мы знакомы… совсем немного, — запнулся он на секунды. — Маргарита Ильинична и готовила сделку. Я давно присматривал жилье в старом фонде поближе к порту. Работаю там в ресторане «Волга» шеф-поваром. А что-то случилось? Все же чисто прошло, по закону? У меня квартиру не отберут?

— Когда вы видели Ляну Фандо в последний раз?

— Да девятнадцатого же! На сделке. А вечером она улетела в Германию. Вы же в курсе, наверное, что у нее погибла вся семья?

Сотник замер. Точно! Этот случайный мужик в ее жизни, всего-то покупатель жилья, давно знает о трагедии, а он, ее друг, каким себя всегда считал — узнал об этом буквально пару часов назад… И личные вещи перевезти она поручила все тому же левому мужику. Сильно. А как же звонок другу?

Он бы смертельно обиделся, но тут же и простил бы, только бы Ляна, его Ляна, за которую так ноет душа, оказалась жива.

— Я свободен, товарищ майор? — раздалось робкое, и Сотник с удивлением посмотрел на Ткачева — задумался так, что забыл, что тот все еще стоит рядом с ним.

— Когда вы узнали о крушении самолета?

— Я был у Ляны Шандоровны семнадцатого. Знаете, хотелось все же рассмотреть будущее приобретение. Можно бы и не глядя, конечно, за такую цену. За документы не беспокоился, Маргарита Ильинична заверила, что сделка чистая, недвижимость без обременения. Но вдруг бы там какие-то глобальные проблемы обнаружились? Так что, решил подстраховаться.

— Открыла хозяйка? Она была одна?

— Да, одна. И я не сразу понял, что с ней не все в порядке. А она все твердила, что уезжает, вот прямо сейчас, сделки не будет. Да, я испугался! Уговаривал, потому что понять не мог — утром же все было хорошо! Собрался уже уходить не солоно нахлебавшись. Но она вдруг призналась, что у нее погибла вся семья. Представьте, я поверил сразу! Она была как неживая сама. А потом вдруг ей стало совсем плохо, она упала. Я не мог ее оставить. Отнес в кровать, простите за подробности.