Без суда и совести - Татьяна Устинова,Павел Астахов Страница 38

— Система не обвиняет – она предупреждает, – не согласился с такой постановкой вопроса Тимофей. – Она просто дает сигнал: «Здесь стоит присмотреться». А что с этим делать – решать вам.

— Ну что, будем считать, что я уже решил, – потер руки Плевакин. По его лицу Барышев видел, что начальник отбросил сомнения. – Бери Андрея в команду, зря он, что ли, тоже учился. Разрабатывайте все эти модули. Начинайте с пилотного проекта на нашем суде. Если сработает – продвинем на федеральный уровень. О поддержке с Минцифры я договорюсь.

Весь февраль прошел в настоящем аврале. Тимофей и Андрей часами спорили, тестировали, переписывали код и снова спорили. Глазам непосвященных, иногда заглядывающих в их кабинет, если они забыли запереть дверь изнутри, открывалась одна и та же картина. На экранах мониторов мелькали дашборды с рейтингами судей, анонимными, имеющими лишь цветовую кодировку, графики распределения нагрузки, которые показывали, кто перегружен, а кто свободен, карты дел с высоким риском затягивания или ошибок.

Смешливый Андрей от усталости даже улыбаться стал меньше. Однажды перед окончанием рабочего дня он вдруг оторвался от монитора и задумчиво посмотрел на Тимофея.

— Слушай, Тим. Ты знаешь, я впервые в жизни чувствую, что пишу не просто программу. Мы строим новый стандарт, в котором судья – не царь и бог в своем кабинете, а часть прозрачной справедливой системы. Где ошибки исправляются еще до того, как станут приговорами. Где волокиту и коррупцию невозможно спрятать в ворохе бумаг, потому что в любом случае они будут высвечены алгоритмом. ИИ – это наше будущее.

— Да, – кивнул Барышев, – но важно помнить, что человек все равно остается главным. Искусственный интеллект – только помощник. Хотя кому, как не нам, знать, что хороший помощник может изменить все.

И улыбнулся своим мыслям, которые с каждым днем становились все настойчивее, требуя решения. Чем сложнее становилась программа, над которой они работали, чем больше она расширялась, тем острее Тимофей Барышев нуждался в помощи того самого человека, который на самом деле и стоял за разработкой его детища. Они с Андреем были лишь подспорьем, Андрей – в меньшей степени, сам Тимофей – в большей. Но основную работу делал совсем другой мегамозг, взаимодействие с которым становилось все сложнее.

Одно дело – консультироваться два раза в неделю, совсем другое, когда правки нужно вносить практически «с колес». Выход существовал только один, и Барышев думал над ним уже не первую неделю, не решаясь пойти самым простым, но не очень-то законным, с точки зрения должностной инструкции, путем. Однако дальше откладывать решение уже нельзя, а потому в свой последний визит Тимофей передал своему тайному вдохновителю пароли и коды, допускающие того во внутреннюю экосистему Таганского районного суда.

Теперь тот мог входить туда удаленно и усовершенствовать программу тогда, когда Тимофей был не в суде, даже по ночам. Результат не заставил себя долго ждать. Через месяц пилотный проект запустили в работу Таганского районного суда, и его первые результаты оказались ошеломляющими.

Сроки рассмотрения дел сократились на двадцать процентов, количество отложенных заседаний упало на пятнадцать процентов, судьи стали активно обращаться за помощью к нейросети за консультациями по сложным прецедентам. Также система выявила несколько случаев потенциального конфликта интересов. Плевакин «разрулил» это без скандала, просто перенаправив дела другому судье.