Чашечку кофе, доктор? - Ольга Авдеенко Страница 43

Как и ожидал инспектор Найт, графиню Рэндалл провели к главному хирургу незамедлительно. Он также с удовлетворением отметил, что представительная внешность Кэмпбелла и проведенный им тщательный осмотр поврежденной конечности произвели на его взыскательную матушку хорошее впечатление.

— У вас лишь небольшое растяжение связок, миледи, – сообщил Кэмпбелл, осторожно накладывая на сиятельную ногу тугую повязку. – Вы сказали, что оступились?

— Да, – кивнула дама. – Это произошло, когда я была в…

— В «Либертиз»[21], – быстро подсказал инспектор.

— Вы же знаете, доктор, какие там неудобные лестницы! – подхватила графиня с большим артистизмом. – Этот молодой человек случайно оказался рядом и успел меня поддержать.

— Вам повезло – дело могло бы кончиться более серьезным увечьем… Готово! Это место следует некоторое время держать в тепле и покое, миледи.

— Как долго? – обеспокоенно спросила графиня. – Дело в том, что мы с супругом приглашены на прием в саду Букингемского дворца, а это уже через три дня.

— Вы приглашены на прием к ее величеству? – с почтением переспросил врач. – Что ж, думаю, трех дней достаточно, чтобы все пришло в норму. Послезавтра вечером попробуйте наступать на ногу, но не перетруждайте ее.

— Благодарю вас, доктор. Мне кажется, я уже сейчас чувствую себя гораздо лучше.

— Я рад, что сумел помочь, миледи. На случай, если неприятные ощущения возобновятся, даю вам болеутоляющие пилюли. Их лучше принимать на ночь – тогда вы сможете спокойно уснуть.

— Я вам весьма признательна и буду рекомендовать вас моим знакомым. Я также обещаю сделать взнос в фонд вашей больницы.

— Вы очень любезны, миледи!

— Что ж, – графиня Рэндалл повернулась к сыну, – а теперь, мой дорогой ма… спаситель, окажите мне еще одну услугу: помогите добраться до кэба.

— Ни в коем случае! – запротестовал хирург. – Вы окажете мне честь, миледи, если соблаговолите воспользоваться моей коляской.

Милостивое согласие было получено, и вызванная Кэмпбеллом медсестра усадила даму (вполне удовлетворенную оказанными ей почестями) в инвалидное кресло и вывезла из кабинета.

— Надеюсь, вы не считаете, что бедняку я уделил бы меньше внимания, – сварливо сказал Кэмпбелл, когда они с инспектором Найтом остались в кабинете одни.

— Разумеется, не считаю, – искренне отозвался тот. – И все же состоятельные пациенты могут принести пользу.

— Вы правы, – смягчился хирург. – Их деньги позволяют нам бесплатно лечить тех, у кого их нет. Мне приходится об этом думать: должность обязывает.

— Понимаю. Признаться, сэр, я хотел бы обсудить с вами другую тему.

— Не сомневаюсь.

— В ходе расследования получены сведения, – Найт внимательно вгляделся в лицо собеседника и выпалил: – о незаконных операциях в вашем отделении.

Кэмпбелл вытаращил глаза:

— Незаконных?! С тех пор, как мы потеряли доктора Паттерсона, нам едва хватает времени и сил, чтобы проводить законные! Фу, какое глупое слово!

— Я пытаюсь выяснить причину убийства Паттерсона. Возможно, он узнал нечто, о чем ему знать не следовало…

— И это незаконные операции? Откуда у вас эти бредовые сведения? – требовательным тоном спросил врач – и догадался сам: – Найджел Моррис!

— Верно, – кивнул Найт, заинтересованный.

— Долгое время он здесь работал, но… Впрочем, нет, сейчас я не буду вам рассказывать эту историю. Лучше вам все увидеть своими глазами – тогда, может быть, вы мне поверите. Сегодня как раз четверг… Который теперь час? Восемь… Нет, уже поздно. Моррис регулярно приходит во двор больницы ровно в четыре часа пополудни по вторникам, четвергам и воскресеньям – и так уже десять лет. Вам придется подождать до воскресенья.