Мнимая власть безумия - Марина Болдова Страница 44

— Твой муж просил… он же умирал, – пролепетала Кира.

— Да этот боров прожил еще пять лет! Тошно прямо от твоей порядочности, Кира! Ты подумай, кого покрывала?! Убийцу!

— Игорь – отец твоей дочери!

— Отец… он ей организовал свадьбу с мужиком, который ее не любил и не любит!

— Что ты имеешь в виду?

— Борский заставил Казаринова жениться на Юльке, угрожая, что посадит за совращение несовершеннолетней. Ей же семнадцати не исполнилось, когда она Алика в постель затащила! Она сама! Казаринову сказала, что студентка, поверил. Молодые с самого начала с нами жили, поверь, наблюдала я эту их игру в семью.

— Что ты такое говоришь, у них дети!

— О да… если б не постель, прости за прямоту, разбежались бы практически сразу. Но даже я не понимаю, как им удалось сохранить брак до сегодняшних дней, честно не понимаю… Одно могу предположить: Алик вкалывает, лишь бы дома не бывать. Только ни карьеры не сделал, ни денег толком нет. А Юлька терпит, потому что любит его безумно. Просто больная на всю голову! Не лезу я к ним, но Мотя с Никой ко мне чуть что сбегают. Нормально, да? Видно, обстановочка дома та еще…

— Ты не знаешь, когда наши девочки помирились? – неожиданно задала вопрос Кира.

А Елена Родионовна задумалась.

— Странно, но Юлька в разговорах со мной не упоминала, что общается с Полиной. А действительно, как они встретились? И по чьей инициативе? Надо бы выяснить. Слушай, Казаринов должен бы уже позвонить. Черт, телефон в машине! Это твой верещит, Кира, не слышишь? Громкость убавила, что ли? Ответь, я пока спущусь за мобильником.

— Полина… – услышала она уже в коридоре.

«Ну, слава богу, дочь проявилась. Интересно, скажет ей Кира о том, что у нее был приступ или промолчит?» – подумала Елена Родионовна.

Ее телефон валялся на пассажирском сиденье. Она открыла список входящих звонков. Много раз звонила дочь, и только два звонка были от зятя.

«Если Полина у Казариновых дома, то они уже втроем там что-то порешали. И Полинка сейчас успокоит мать. Или не успокоит. Мне названивать Алику без надобности», – облегченно вздохнула она.

* * *

— Я понял, – коротко отреагировал Казаринов на слова Полины. – О причине, по которой не рассказала сразу, спрашивать не буду.

— Почему?

— Потому что ты прекрасно понимаешь – если убила не любовница, то первой в списке подозреваемых вновь окажешься ты.

— У меня алиби, – равнодушно бросила Полина.

— Это Юлька, что ли, алиби? Очень ненадежно.

— А камеры видеонаблюдения?

— Полина, ты почему по лестнице спускалась? – не ответил Казаринов на ее вопрос.

— Лифтов боюсь, – усмехнулась та, даже не повернув головы в его сторону.

Они снова мчались по трассе с максимально разрешенной скоростью. Хотя можно было не торопиться, девушку встретят и проводят в зал ожидания.

Казаринов сегодня после встречи с начальством до отеля так и не добрался. Да и большой необходимости в этом не было, Трушин узнал все, о чем он его просил. И информация о любовнице очень хорошо вписалась в картину преступления. Только установить личность, как считал Казаринов, будет проблематично. И он был уверен на девяносто девять процентов, что загадочная горничная и любовница Лафара – одна и та же женщина. Она же – его убийца.

«Полина подслушала часть разговора, без начала и конца. Жаль, что не устроила скандал мужу, возможно, свидание не состоялось бы, и не стала бы она вдовой, – подумал Александр, покосившись на Полину. – Допустим, Лафар знает, что у жены в одиннадцать встреча с подругой в баре, то есть теоретически уже в одиннадцать он может принять любовницу. Хотя очень рискованно, в любой момент Полина может вернуться. Возможно, его и заводил этот риск? Мало ли… чудаков на свете? Пусть так. В одиннадцать женщина заходит в незапертую дверь, приближается к кровати, где уже в полной готовности ждет любовник. И тут же начинает один за другим наносить ему удары ножом. Лафар даже на помощь не успевает позвать, получив вместо кайфа боль и смерть. Из множества ударов один был точно в сердце. Случайность? Или преступница хорошо знает анатомию? Хладнокровно зарезав любовника, она забирает его мобильный телефон, браслет (вполне даже вероятно, ей и предназначенный) и покидает номер, не забыв повесить табличку «Не беспокоить». Тщательно продуманное преступление, начиная с того, что она проникла в помещение с рубильниками и отключила электричество. Знала, что так собьет программу для видеонаблюдения? Кто-то подсказал вольно или невольно? Или сама такая умная? Еще один момент. Потом ей как-то удалось проскользнуть в служебную душевую никем не незамеченной. Принять душ, переодеться и так же, невидимкой, покинуть отель. Или не покинуть… Где же тогда преступница пряталась? Да где угодно, хотя бы и в одном из свободных номеров. Но свободных как раз и не было, так сказала Юлька – она пыталась снять номер до утра. Тогда вновь все замыкается на служебных комнатах. Посторонний человек вряд ли смог бы так лихо ориентироваться в подсобных помещениях. А вот загадочно исчезнувшая горничная, поработав пусть даже неделю, вполне. Это означает, что преступление было задумано давно. Скорее всего, Лафар держал любовницу в курсе своих передвижений. Уж о том, что летит в Россию, сообщил точно. Интересно, они всегда встречались у нас? Или она к нему во Францию тоже летала? Вот это – любовь!» – даже восхитился Казаринов, и тут же подумал, что вот он за Полиной готов ехать куда угодно. И изменять ей не сможет, потому что… любит! Любимым не изменяют… «Да… влип!»