Тайна старого саквояжа - Евгений Сухов Страница 45

Не может же быть, чтобы в таком большом доме никого не было. Чай, без прислуги не обходятся. А она, верно, разбаловалась и обленилась и не торопится исполнять свои обязанности. Стало быть, хозяева этого дома не строги и не требовательны, что для Марфиного дела — хорошо.

Она уже решительно дернула кисть звонка. Потом еще раз. И еще. Двери наконец открылись, и в проем высунулась голова девицы в белоснежной наколке:

— Чего тебе?

— Мне до господина графа, — ответила Марфа.

Девица окинула ее взглядом с головы до ног:

— Оне почивают.

Двери закрылись.

Марфа постояла на крыльце, спустилась, прошла по гравийной дорожке, затем вернулась и позвонила снова.

— Чего тебе еще? — открыла дверь та же девица.

— Мне надо видеть господина графа, — заявила Марфа.

— Тебе же сказано: оне еще почивать изволят, — прозвучал в ответ сердитый голос.

— Но у меня дело до господина графа, — решительным тоном произнесла Марфа.

Девица снова окинула взглядом Марфу, и в ее глазах появилась ехидная усмешка:

— Да какое дело у тебя может быть к нашему графу, деревня? Небось денег пришла просить, как и все прочие. Ну, так граф по средам не подает. Ступай, откуда пришла!

Девица попыталась было закрыть дверь, но не тут-то было: Марфа так дернула на себя дверь, что девица вылетела на крыльцо.

— Филимоныч! — испуганно закричала она внутрь дома.

Марфа оттолкнула девицу и вошла в прихожую. Навстречу ей почти бегом спускался по мраморной лестнице со второго этажа старик, зыркая из-под кустистых бровей тревожным взглядом:

— Что? Что тут такое?!

— Вот… она… — девица указала пальцем на Марфу, — насильно ворвалась… я не пускала… зовите полицию…

— Мне к господину графу надобно! — встала перед Филимонычем Марфа. — У меня к нему важное дело!

— Какое у нее дело может быть к его сиятельству? — вцепилась в рукав Марфы девица. — Побирушка, сразу же видно…

— Кто побирушка? — едва не задохнулась Марфа, и глаза ее недобро блеснули. — Это я-то побирушка?!

Она вырвала свой рукав из цепких пальцев кофешенки и стала грозно надвигаться на девицу. Если бы не успел вмешаться Филимоныч, Марфа вцепилась бы в нее непременно. Старик встал между ними и, строго глядя в глаза Марфы, спросил:

— Какое у тебя дело к его сиятельству?

— Это я скажу только ему, — выдержала пытливый и строгий взгляд Филимоныча Марфа.

— Я камердинер его сиятельства графа Виельгорского и должен знать все, что касается моего барина, — безапелляционно заявил старик не без гордых ноток в голосе. — Иначе я просто выпровожу тебя вон или сдам полиции.

Марфа шумно выдохнула и, глядя в глаза старика, произнесла:

— Я приехала из села Павловское. Сама приехала, никто меня не просил. На дорогу потратилась, между прочим. И не для того, чтобы вы гнали меня взашей. А-а, воля ваша, — Марфа для убедительности махнула рукой и сделала вид, что собирается уйти. — Не хотите, как хотите. Обратно к себе поеду. И господин граф никогда не узнает, что случилось вечером шестого мая, когда его главноуправляющий господин Попов приезжал в наше село, а потом бесследно пропал…

Она повернулась к двери и сделала шаг.

— Стоять! — неожиданно громко и резко для своего возраста гаркнул Филимоныч. — Ты из Павловского?

— Из Павловского, — подтвердила Марфа, не оборачиваясь. — Не хотите — как хотите, — повторила она и ступила в дверной проем.