Загадка двух жертв - Андрей Посняков Страница 46

– Так вот… – Сергей Петрович снова поправил челку. – В качестве подозреваемого у нас имеется неустановленное пока что лицо… С известными приметами! Коренастый, с длинными волосами… ну, под битлов, понимаете?

– Понимаю.

– Волосы такие, каштановые или темно-русые. Тут толком не рассмотрели…

– Шатен, скорее всего, – подсказал Ревякин.

– Ну да, шатен. Одет – в спортивные шаровары, олимпийка на молнии, кеды. Еще – рюкзак и зеленая брезентовая куртка, такая, как в стройотрядах носят. Может передвигаться на мотоцикле зеленовато-голубого цвета… мотоцикл легкий, «Ковровец» или «Восход»… Ну как бы вам объяснить?

– «Восход» на сто семьдесят пятый «Ковровец» похож. – Женька как бы между прочим повела плечом. – А с более ранними моделями вряд ли спутаешь. Там и седло не такое, и бак…

– Одна-ако! – чуть помолчав, с уважением протянул Пенкин. – Я вижу, вы разбираетесь.

– У самой мотороллер! – Хозяин кабинета с усмешкой поправил воротник и посетовал: – Второю неделю жара стоит. Когда хоть и отпустит?

– Ха! Они на жару жалуются! – в голос расхохотался следователь. – Радоваться надо – в кои-то веки в Озерск лето пришло! Хотите, чтоб дожди зарядили?

– Нет, дождей не хотим! – Колесникова мотнула головой, и все дружно рассмеялись.

С висевшего на стене портрета так же весело щурился Ильич. Видно, тоже радовался солнышку и погожему летнему дню!

– По приметам еще вопросы есть? – уточнил Пенкин.

– Есть, – резко кивнула девчонка. – Вы сказали – кеды. А какие? Наши или, скажем, китайские – «Два мяча»? Вообще-то большая разница!

Пенкин вскинул брови:

– Ну-у, Евгения Александровна! Честно сказать – потрясен. Не зря вы на юрфак пошли, не зря.

– Так ваш же Владимир Андреевич и сосватал! Я поначалу в педагогический собиралась…

– По кедам тоже пока неопределенно, – хмуро бросил Игнат. – Как и по мотоциклу. Так, разве что косвенно…

– А нам нужно конкретно! – Покусав губы, Пенкин снова посмотрел на Женьку. – Так вот, Евгения Александровна, вам вот как раз такое конкретное поручение…

– А можно без отчества? – осмелев, попросила Женька. – Вот просто – Женя. Как все здесь зовут. А то чувствую себя лет на сорок или даже на пятьдесят!

Следователь улыбнулся:

– Ну, на пятьдесят, скажете тоже! Ну, Женя так Женя. Извините, обидеть не хотел.

После этих слов Пенкин наконец-то перешел к делу, весьма, кстати, непростому и щекотливому… Оказывается, подозреваемого – того самого патлатого парня – видели в Озерске еще и в мае, почти за полмесяца до убийства. А может быть, он и раньше сюда приезжал и совсем не обязательно оставлял после себя трупы.

– Понимаешь, ну просто, как у молодежи говорят, снимал девчонок и… а дальше уж как сложится. Не брезговал и школьницами. Да и убитая – несовершеннолетняя… Так вот – к чему это я? – Чуть помолчав, Пенкин продолжил: – У вас же, Евгения… Женя, наверняка молоденькие подружки есть? Так вот бы нам узнать этак осторожненько… – Тут следователь явно смутился, впрочем, быстро со своим смущением справился – разговор-то шел деловой, так сказать, сугубо профессиональный. – Короче, узнать надо – мало ли, кто-то к девчонкам приставал, похожий по приметам. Понимаете, Женя… – Пенкин снова покусал губы. – Как бы это сказать? Тема-то деликатная, тонкая… На всех углах о таком не болтают… Но среди подружек наверняка хвастаются! Ну лестно же – школьница и вполне себе взрослый мужчина, причем далеко не старик, и допускаю, что вполне симпатичный…