Темная флейта вожатого - Владимир Волков Страница 46

Стаев присел на корточки перед лежавшим пластом у его ног человеком. Некоторое время следователь смотрел на директора сверху вниз без всякого сострадания.

— Я дам вам воды, – сказал Стаев. – Хоть стакан, хоть два, хоть целое ведро. Только назовите мне имя вашего предводителя. От этого будет зависеть, кем вы пойдете на процессе – простым соучастником либо организатором. Ну?!

— Я не знаю, – прохрипел Иван Павлович.

— Какой упрямый! – вздохнул следователь.

— Щас я этого Кима по стенке размажу, – прорычал очнувшийся Раскабойников и выскочил из кабинета.

— Ну, вы просто супер, – не выдержал Максим.

— Отличная работа! – улыбнулся опер в кожаном пиджаке.

Стаев ничего не ответил. Он не выглядел как человек, который только что одержал победу. Скорее наоборот, судя по лицу следователя, он пребывал в замешательстве. Стаев подошел к столу, наклонился и перебрал ворох бумаг, забранный из изолятора, затем взял пакет с обгоревшими листами бумаги, найденными на чердаке, выронил его из рук и выпрямился. Взгляд его снова стал отсутствующим.

— Пока не совсем супер, – сказал следователь. – Мы еще не знаем главаря шайки. Сомневаюсь, что это Ким. Начальник райотдела мелкого городка – не тот масштаб. Скорее всего, он связан с более серьезными людьми. Интересно, что преступники намеревались делать с такой оравой детей? Их ведь нужно где-то держать, кормить, сторожить. Для этого нужно помещение, люди, ресурсы, наконец.

— Наверняка вскроется целый заговор, в котором, возможно, принимают участие самые высокопоставленные лица! – воскликнул Максим.

— Весьма вероятно, – сказал Стаев.

— И все же я не верю, чтобы Антон Шайгин согласился на нечто подобное, – вдруг сказал Валерий.

Все посмотрели на него с удивлением. Опер в кожаном пиджаке хмыкнул. Стаев еще раз глянул на стол, где лежали листы бумаги. Словно вспомнив о чем-то, он поджал губы, но так и не ответил Валерию.

— Кстати, унесите Хруща куда-нибудь, – попросил следователь. – Пусть отлежится. А потом продолжим…

Стажеры привели Ивана Павловича в чувство с помощью воды, подняли с пола и передали на попечение подоспевших Леночки и Вари. Когда все вышли, Стаев глянул на себя в зеркало, пригладил волосы, повернулся одним боком и другим, как он это делал перед походом в изолятор на встречу с вожатым.

— Я молодец? – спросил он у своего отражения без всякого намека на улыбку.

Так и не получив ответа, Стаев сел за стол. Он посидел в задумчивости с минуту, потянулся к прихваченным из изолятора рисункам, просмотрел их в рассеянности и отложил. Потом достал из пакета обгоревшие листы, достал лупу и только склонился над ними, как в дверь постучали. Вошли Леночка, Варя и какая-то черноволосая девушка. На заднем плане мелькали Симченко, которые вполголоса переговаривались.

— Здравствуйте! Меня зовут Светлана, – сказала черноволосая девушка. – Я вожатая восьмого отряда. Тут один мальчик говорит, что знает, кто увел десятый отряд…

— Какой еще мальчик? – Стаев нахмурился.

— Арсений Кулаков. Из восьмого отряда. Мы в Фиолетовом корпусе размещаемся.

Через полминуты следователь в сопровождении Леночки и вожатой Светланы быстрым шагом двигался в сторону Фиолетового корпуса.

3

Жара раскалила воздух. В кабинете директора было душно, как в бане. Не помогали даже настежь распахнутые окна, через которые носился сквозняк, обдувая потные тела Раскабойникова и Стаева.