Мужчина в тени - Мария Воронова Страница 46

— Ну пусть даже так, пусть он еврей, так и что? Какая разница?

— Что ты заладила как попугай, какая разница, какая разница! А я тебе скажу, какая разница! — Мама снова принялась маршировать по комнате. — Это чужие, чуждые нам люди, от которых всего можно ожидать! Сейчас он весь из себя тихенький такой, верный сын отечества, пока отечество его учит, а как получит от родины образование, так сразу она ему тюрьмой народов станет! Сразу попросится в Израиль! И что, ты с ним поедешь?

— Не попросится.

— А почему ты так в этом уверена? Это такие люди…

— Да какие люди, мама! Прости, но у меня полное впечатление, будто я с Гитлером разговариваю! Такие же люди, как и мы, ничуть не хуже.

— Они другие! — отчеканила мама. — И не дай бог тебе убедиться в этом на практике. Ладно, ты о себе не думаешь, подумай хотя бы о нас с отцом. Ты хочешь ему карьеру загубить?

— Нет.

— Надеюсь, что так. А между тем, если ты выйдешь за этого Диму, папа не выдержит даже самой поверхностной проверки. В семье полковника КГБ появился зять, который не знает, кто его отец. Подозрительно!

Зоя засмеялась:

— Да уж… Мать-одиночка в СССР, конечно, совершенно небывалое явление.

— В семье полковника КГБ — да! Пойми ты, Зоя, если ты выйдешь за этого Диму, то он со своими родственницами станет таким пятном на папиной репутации, что дай бог, если его на нынешней должности оставят. А если он решит эмигрировать, то папу вообще уволят. Даже если ты к тому времени уже и разведешься.

Зое стало еще тоскливее и противнее:

— А, так вот вы о чем беспокоитесь! Не о моем счастье, а о папиной карьере! Ясненько.

— Ничего подобного. Твое благополучие для нас прежде всего. Если бы папа был уверен, что ты связываешь свою жизнь с хорошим и надежным человеком, он бы пошел на любые риски для себя лично.

— Знаешь, мама, если бы так, то вы бы сначала познакомились с Димой, составили о нем объективное мнение, а потом уже стали бы меня отговаривать. А вы сразу решили, что он еврей, испугались и придумали все эти отговорки про первую любовь и розовые очки.

— Мы просто взрослые люди и знаем жизнь.

— Ну с этим я, конечно, не стану спорить.

— Конечно!

Мама подошла к Зое и похлопала ее по плечу с такой улыбкой, что Зое стало страшно.

— Все будет хорошо, Зоечка! Мы не допустим этого брака, и ты выйдешь за подходящего юношу из нашего круга и будешь с ним счастлива. Все будет хорошо!

С этими словами она распахнула дверь. Поняв намек, Зоя молча проследовала к себе в комнату и легла на кровать в полном недоумении.

Разговор принял совершенно неожиданный для нее оборот. Начиная его, Зоя была уверена, что кандидатура жениха будет принята если не восторженными криками, то чем-то около того. Военный врач, ветеран Афганской войны, отличник, научный работник, казалось бы, редко так бывает, чтобы в одном человеке сосредоточились такие прекрасные качества. К тому же он сам всего достиг, а не папа его за ручку привел, как некоторых, даже из присутствующих в этой комнате. Только все это оказывается неважно, разбивается о то, что он еврей (предположительно) и безотцовщина. Получается, важно не то, что ты делаешь, а то, кем ты родился? Мы что, живем в древней Индии, с ее разделением на касты? Или даже не хочется думать где, чтобы себя не оскорбить?