След на болоте - Андрей Посняков Страница 47

— Так, девчонки, тащите палатки, рюкзаки… А ящик? Ящик с тушенкой где?

— Да мы уже его погрузили, Виктор Петрович!

— Хм… хорошо… Теперь тент давайте… Ага… Котелки, пилы… Коля, проверил? Тросики не забыли?

— Нет, Виктор Петрович!

— Смотри-и…

Взяв фотоаппарат, Женька невольно залюбовалась Николаем… нет, не домашним мальчиком Коленькой Ващенковым, а Николаем Кнышем, племянником Анны Кузьминичны Семушкиной, у которой ее семья брала молоко… Николай был в темных рабочих брюках и выгоревшей светло-голубой майке. Как он улыбался, когда поглядывал на Женечку, как шутил, подбадривая ребят… как перекатывались мускулы под его загорелой кожей…

Когда заканчивали погрузку, Женя откинула крышку футляра фотоаппарата «Зоркий» и сделала пару снимков, стараясь, чтобы в кадр попал Кныш. Пленку нужно было беречь, не так много ее и удалось купить — всего-то две упаковки на шестьдесят пять единиц. Ну все-таки около шестидесяти кадров… должно бы хватить… да у других еще есть… Директор Дома пионеров не обманул — казенные фотоаппараты выдал. Правда, старые, списанные: — два «Зорких» и еще «Смена». Такие, что не жалко было бы утопить. Впрочем, вполне рабочие.

— Все, девчонки! Залезаем! — осмотрев загруженный кузов, распорядился Ширяев.

— Женя, давай! — свесившись с кузова, Николай протянул руку…

Надо же — джентльмен! Ну что ж… Женьке было приятно.

— Жень, ближе к кабине садись, отсюда снимать хорошо.

— Спасибо!

Две девушки — Олечка Ляхова и Тимофеева Вера — забрались в кабину к водителю, остальные десять человек, включая кружковода, с относительным комфортом разместились в кузове, на «калошах» и палатках.

— Все? Ничего не забыли?

— Все, Виктор Петрович!

Кивнув, Ширяев повернулся и постучал по крыше кабины:

— Поехали, Юра!

* * *

Рыкнув мощным движком, «сто тридцатый» плавно повернул со Школьной на Советскую и, набирая скорость, выехал на пригородное шоссе…

Затрясло… Заклубились позади желтые клубы пыли… А когда попадались встречные машины или кого-то обгоняли, только песок на зубах скрипел!

Хорошо, что вскоре свернули на лесную дорогу! Грузовик резко снизил скорость, да и пыли тут не было…

Пришло время и запеть! Пусть пока и без гитары…

— Плачет девушка в автомате… — затянула Марина Снеткова.

Остальные тут же подхватили:

— Кутаясь в зябкое пальтецо!

Вот так дальше с песнями и ехали. Даже Ширяев, и тот подпевал, и вообще, как-то стал выглядеть куда менее строго.

Где-то часа через полтора впереди вдруг резко посветлело…

— А вон она, речка! — привстав, указал рукой Костя Росляков, высокий стеснительный парнишка с кудрявой челкой. — Это что, Мокша уже?

— Ну да, она, — рассмеялся Петрович. — Станция Березай, кто приехал — вылезай!

Проехав еще несколько десятков метров, грузовик остановился…

— Дальше не поеду, завязнуть боюсь, — распахнув дверцу, пояснил шофер.

— Ничего! — улыбнулся Ширяев. — Дальше мы сами все донесем. Вода-то — вот она… Ну что расселись? А ну, вылезай, разгружаемся!

Выгрузившись, ребята, помогая друг другу, принялись собирать лодки. На собранный трубчатый каркас натягивали «калошу» — дело не такое уж и сложное, но требующее определенных навыков. Как и сама посадка в байду…

— Женя, вот смотри… — немного стесняясь своей взрослой напарницы, показывал Коля Ващенков. — Когда забираешься, на «кости» не становись — перевернешься… особенно когда лодка пустая…