Детектив на весну - Елена Михалёва,Татьяна Устинова,Елена Логунова,Наталия Антонова Страница 5

— Это не наша дача, а мой отчий дом! – зачем-то возразил Воронов. – Там жили мои предки, а Элка… Элла бывала только наездами. У ее матери дом на другом конце деревни, вот там она летом появлялась частенько…

— А на полпути между тем домом и вашим деревенский пляж, где вы когда-то и познакомились с будущей супругой, – откровенно скучая, покивал следователь с внешностью маньяка. – Я помню, вы это уже говорили. Суть в том, что у вас была причина убить супругу до развода: теперь не придется делить имущество, вот и мотив.

— Не убивал я Элку, сколько раз повторять одно и то же!

— Не надо повторять одно и то же, – сговорчиво согласился следователь. – Скажите что-то новое: например, где вы спрятали тело? В лесу, а, Воронов? Или в реку сбросили?

— Послушайте, вам непонятны мои слова? Я упрощу свой рассказ максимально. – Воронов прикрыл глаза, восстанавливая в памяти тот роковой день. – Был полдень, в это время у меня всегда ланч. Я сидел за столом на веранде, когда увидел Элку. Она шла по улице с трехлитровой банкой березового сока, поскользнулась в луже и опрокинулась на спину. Банка подлетела и упала на нее.

— Ну да, ну да: несчастный случай, а не убийство, – ухмыльнулся следователь. – Это не вы гражданку Лютикову, это ее банка с соком пристукнула!

— Что вы придумываете? – Воронов рассердился. Придумывать – это всегда было его дело. Он такие сюжеты сочинял – были бы бестселлеры, если бы издательство хоть копейку в продвижение вложило. – Не пристукнула ее банка! Только глаз подбила и нос расквасила. Я, конечно, пригласил Элку зайти в дом, привести себя в порядок и отлежаться немного. Даже предложил отвезти ее в город, но она не согласилась. Сказала: «Ты совсем уже того? Что подумают люди, если я вылезу из твоей машины вся мокрая, грязная и с расквашенной физиономией? Тебе своей репутации не жалко, так о моей хоть немного подумай! Я же теперь знаменитость, меня журналисты подкарауливают!»

Его голос дрогнул: с обидой и завистью справиться не получалось.

Следователь понятливо ухмыльнулся.

— И я поехал в город, чтобы привезти Элке чистую одежду и темные очки, потому что в моем деревенском доме ни единой ее вещи нет! – закончил Воронов.

— Складно врете, гражданин писатель, – издевательски похвалил следователь. – Вот только непонятно, зачем же вы отправились за вещами для супруги в город, если она еще накануне вечером приехала к матери в деревню?

— Так я же об этом не знал! А Элка не сказала.

— Как вы это объясните?

— Я объясню это шоком. Она просто не сообразила. У нее вылетело из головы!

— По которой ее ударили, – кивнул следователь. – Ну, предположим. Итак, свою травму гражданка Лютикова получила в полдень, и в первом часу вы на своем автомобиле-внедорожнике поехали в город, так?

— Так, а что? – Воронов не сомневался – нужно ждать подвоха.

— А то, что в дверь квартиры, принадлежащей вам обоим как законным супругам, вы, гражданин Воронов, ломились в половине пятого, что подтверждают показания свидетеля и прибывшей по вызову полиции! До города-то ехать минут пятьдесят! А вы добирались больше четырех часов!

— Хотел побыстрее и поехал по просеке, – вздохнул Воронов. – Есть у нас тут забытая лесная дорога, на картах она не отмечена, но старожилы знают…

— Есть, есть! – охотно согласился следователь, заглянув в свои бумаги. – Четверть часа по лесу вдоль болота – и путь до города сокращается с пятидесяти минут до тридцати. Хотя у вас сэкономить время не вышло. Почему же, Воронов? Потратили его на то, чтобы тело в болоте утопить?