Нестеров. Превращения - Руслан Григорьев Страница 5

Вопрос заказчика, сформулированный в сопроводительном письме к папке с материалами, звучал так: «Каковы потенциальные риски при реализации проекта по разработке, клиническим испытаниям, производству и внедрению препарата?»

Нестеров поднял свои связи в научно-технической разведке, там ему кое-чего поведали, а главное, подсказали, в каком направлении копать. Залез в библиотеки и, перерыв множество книг и специальной литературы, пришел к неутешительному выводу. Как только мировые производители лекарств узнают об исследованиях, проводимых под Киевом, а произойдет это достаточно скоро, поскольку деловая разведка у них поставлена очень хорошо, они уничтожат в прямом и переносном смысле этого слова всю лабораторию вместе с людьми и оборудованием. Чтобы камня на камне не осталось от этих глупых ученых, пытающихся подорвать их многомиллиардный бизнес. Монстры фармакологии прекрасно понимают: если появится безвредная, действительно лечащая таблетка, а за ней другие такие же, им придется закрыть огромное количество лабораторий, заводов и фабрик, уволить десятки тысяч рабочих, техников и инженеров, перестроить всю мировую систему здравоохранения и медицинского образования. Это же колоссальные затраты и сплошные убытки! Так что риски при реализации этого проекта были колоссальные, лучше бы вообще им не заниматься, целее будешь.

В офисе на Знаменке перед глазами Нестерова предстали Юрий Иванович, как всегда, в прекрасном настроении, и Саенко, президент банка «Телекрон», напыщенный самовлюбленный павлин, бывший секретарь парткома какого-то внешнеторгового объединения. Тоже улыбающийся, тоже всем довольный, но в первую очередь самим собой. Несмотря на определенную ограниченность Саенко, Перхушкову с ним было комфортно. Юрий Иванович прекрасно умел использовать чужие человеческие недостатки.

Сергей застал их что-то оживленно обсуждающих, с довольными счастливыми лицами.

— Сергей Владимирович, дорогой, проходи! – Сияющий Перхушков, протянув руку, привстал со своего места. – Ты даже не представляешь, как ты вовремя. Давай, давай, устраивайся…

— У вас такой счастливый вид, просто позавидовать можно, – подыграл Нестеров. – Что, произошел какой-то грандиозный прорыв?

— Как ты сказал: грандиозный прорыв? Молодец! Очень точное определение. Правда, Станислав Мирович? – Саенко, как китайский болванчик, со счастливой улыбкой закивал головой, а Юрий Иванович продолжил: – Лежащий на столе документ с печатью и в рамке не что иное, как свидетельство об открытии московского филиала Международной академии реконструкции экологии со штаб-квартирой в Вене. Президент филиала – Саенко Станислав Мирович, присутствующий здесь, ученый секретарь – доктор философии Стерлицкий Роман Васильевич, ты его не знаешь, и сейчас еще подойдет вице-президент, член научного совета венской академии Денни Шальнофф. Он хоть по паспорту австриец, но по сути наш, русский, по-моему, эмигрант во втором или третьем поколении. – Юрий Иванович прямо-таки светился от счастья. – Ты представляешь, какие перспективы открываются перед нами? Своим решением мы можем принимать в Академию с присвоением соответствующих званий достойнейших кандидатов – членов Верховного Совета, руководителей министерств и ведомств. Сейчас ротация руководящих кадров очень сильная, много новых людей приходит…