Твоя последняя ложь - Мэри Кубика Страница 54

Детектив Кауфман, извинившись, выходит из комнаты и возвращается через несколько секунд с папкой в руке. Достает из папки какие-то фотографии и протягивает их мне.

— Не уверен, что вам захочется это увидеть, – говорит он, и я нерешительно рассматриваю их. Я тоже не уверена, что хочу это видеть. Ярко-красная машина буквально обмотана вокруг дуба. Бок машины свернулся дугой, как старый тетрадный лист, смятый и сплющенный. По асфальту беспорядочно раскиданы какие-то автомобильные детали – боковое зеркало, фара, острый обломок бампера, декоративный колпачок от колеса… Колпачок, очень похожий на тот, которого недостает у черной машины на стоянке продуктового магазина.

Мне вновь и вновь рассказывали о том, что произошло, как на самом деле погиб Ник. Рассказывали, потому что я постоянно спрашивала об этом у окружающих. Мне нужен был кто-то, кто объяснил бы мне, как семейный автомобиль с пятизвездочным рейтингом безопасности мог лишить жизни моего мужа. Подушки безопасности сработали, как мне сказали, но почему-то не смогли защитить голову Ника от удара. По их словам, все произошло очень быстро. Буквально в один миг. Ник и подушка безопасности каким-то образом разминулись между собой.

На снимке, который показывает мне детектив, дорога расчерчена черными линиями – следами юза, свидетельствующими о том, что шины автомобиля быстро затормозились и оставили на поверхности дороги следы резины. Когда я была маленькой, мы с соседскими ребятами устраивали соревнования – кто сможет оставить самый длинный такой след. Мы загоняли наши велики в тупик и заводили воображаемые двигатели. Навалившись на педали, проезжали со всей возможной скоростью футов двадцать или больше, а затем сильно нажимали на ручной тормоз и смотрели, кто оставил самый длинный и темный тормозной след, похожий на ту липкую дорожку, которую оставляет на листе бумаги розовый ластик.

Провожу пальцем по этим темным линиям и говорю детективу:

— Тормозные следы. Ник дал по тормозам. Он пытался погасить скорость.

Но детектив Кауфман отвечает:

— Забавно, как многое эти маленькие черные линии могут рассказать нам о том, что произошло на месте ДТП, – вот эти следы на асфальте. Мы называем эти линии следами заноса. Они немного отличаются от следов торможения, которые вначале светлее, а затем темнеют. В отличие от следов ускорения – у тех все наоборот. В самом начале они темные и начинают светлеть по мере того, как автомобиль набирает скорость. Но следы заноса все равно достаточно легко отличить. Для начала, они изогнуты, что говорит нам о том, что непосредственно перед столкновением автомобиль скользил вбок – водитель слишком быстро вошел в поворот, и машину занесло. Вот эти едва заметные бороздки, – говорит он, проводя пальцем по темным линиям, которые назвал следами заноса, – говорят нам о том, в каком направлении двигался автомобиль.

После чего протягивает руку к другому фото, на котором гораздо отчетливей видно, в каком направлении двигался автомобиль – прямо к огромному белому дубу.

И еще один момент, который детектив объясняет, постукивая по снимку пальцем и снисходительно поглядывая на меня: следы заноса, хорошо заметные на фотографии, находятся не на полосе Ника. А слева от центра, по другую сторону сплошной желтой линии, пересекать которую запрещается, – на полосе встречного движения.