Операция на два сердца - Валерий Шарапов Страница 57

На краю кровати сидел Уланов, вертел в руках «военно-полевой» бинокль и с интересом на меня смотрел.

— Удивительное рядом, — произнес он с растяжкой. — Представляешь, Сонька, поднимаюсь — ты спишь. Ночью, что ли, не выспалась? Нормально, у самого такое бывает. Дай, думаю, покурю. Но руки-то крюки, зажигалка выпала — и под кровать. Полез за ней, а там бинокль. Объяснишь?

— Что? — включила я дурочку.

— Ну, это, — он подбросил бинокль. — Мы его неделю назад потеряли.

— Ну слава богу, нашелся, — выдохнула я.

— Ты издеваешься?

— Да в чем дело? — тупила я.

— Бинокль, говорю, под кроватью лежал. Почему? Кто, кроме тебя, мог его туда засунуть? Горничной это на хрен не нужно. Мэрилин… тоже. Она сюда и не поднимается.

— Значит, моя работа, — пожала я плечами. — Ну, считай меня расхитительницей биноклей. А в чем преступление-то? Да, кажется, поднималась с этой штукой, хотела на море посмотреть…

— Сонька, на фига? Выйди к морю да смотри без бинокля.

— Вспомнила, — осенило меня. — Нефтяные вышки в Мексиканском заливе… ну, в смысле буровые. Интересно стало, увижу ли их. Там люди трудятся, нефть со дна моря качают. Простые рабочие, опора мексиканского трудового класса.

— Сонька, ты здорова? — разозлился Уланов. — Еще и Ленина с Марксом перечитала. Где мы и где Мексиканский залив?

— Так я ничего и не видела… Ну, не знаю, Уланов, что ты ко мне пристал? Точно, — осенило меня, — на койку, кажется, бросила, он свалился, а я не заметила. Помню, споткнулась обо что-то и даже не посмотрела… То ли задумалась, то ли ты меня выбесил…

Теоретически могло быть так, кто докажет обратное? А подозрения к делу не подошьешь, верно, товарищ подполковник?

— Вот и я виноват, — ухмыльнулся Уланов. Его терзало некое смутное беспокойство. Он придирчиво всматривался в мои широко открытые честные глаза, не мог понять причину своего неуютного состояния. Затем прошелся, заглянул во все углы, перебрал пальцами корешки книг на полках, пошелестел уцелевшими листами писчей бумаги.

— А вдруг еще что-нибудь интересное найдем? — предположил он. — Ну, из того, что давно потеряли и даже забыли о его существовании. Помнишь, как мы под диваном нашли мою дарственную ручку с золотым пером — презент от высокого начальства?

— Помню, — кивнула я. — Ты ею ни слова не написал, но она была дорога тебе как память. Года три под диваном провалялась, плесенью обросла. Ее я тоже специально под диван засунула?

— Нет, мы точно должны все проверить, — изрек Уланов и перешел к кровати. — Ногу убери. — Я убрала, и он приподнял угол тяжелого матраса, прощупал каркас с циновкой. Затем перешел на другую сторону, проделал то же самое. Перебрался туда, где сам спал, и тоже проинспектировал внутренности.

— А я могу спросить, что ты делаешь? — робко поинтересовалась я.

Уланов только отмахнулся.

— Слезь, радость моя, мешаешь.

Я слезла, раздраженно вздохнув. До полного провала оставалось несколько секунд. При этом я была спокойна, как популярный персонаж мультфильма.

— Ладно, ищи ветра в поле, — проворчала я. — Пойду зубы почищу.

Он поднимал угол матраса, просовывал под него руку — в этот момент я споткнулась о приступочку в душевой комнате! Куда глаза глядели? Я ахнула от неожиданности и боли, упала на пол, еще и коленку ударила! Было реально больно, я выла, подтягивала под себя ноги. Прибежал перепуганный Уланов, стал меня поднимать. Я сделала шаг, подвернулась нога, и искры заплясали перед глазами! Вот как такое можно сыграть?