След на болоте - Андрей Посняков Страница 63

Потянувшись, Игнат подошел к окну… и выругался:

— Нет, ну ты только посмотри! Сорокин до сих пор сидит, лясы точит. Вот же бездельник! Постой-ка, Макс… — обернувшись, замначальника вдруг потер руки и хитро подмигнул коллеге. — Вот мы кого пошлем книжку искать!

— Так он уже там был, на Южной! И, видимо, ничего не нашел.

— Думаю, что и не искал… Да, пошлем! Заодно пусть, наконец, подворный обход сделает. Утром доложит.

* * *

Вновь поставленной задаче бездельник участковый явно обрадовался, но виду не показал, выйдя из кабинета Ревякина с самым кислым видом… Взяв в шкафу для хранения всякого хлама (старых вещдоков) небольшой кусочек полиэтиленовой пленки с чьего-то разграбленного парника, Сорокин сунул его в папку и, махнув рукой дежурному, отправился на Южную улицу. По пути заглянул на автостанцию, глянул расписание и позвонил из автомата в Тянск… явно какой-то даме.

— Слышь, Зая… я сегодня пораньше буду… Можем в киношку сходить, а потом… Вот и я говорю! Ла-адно, разберемся… Кстати, ты «Ошибку резидента» смотрела? Хороший, говорят, фильм…

Повесив трубку, молодой человек отправился выполнять задание. На юном лице его играла самая мечтательная улыбка. Но тут его словно что-то ударило: он вспомнил про тот замызганный листочек, на который в прошлый раз не обратил никакого внимания, — а вдруг он выпал как раз из книжки потерпевшей, а его ветер унес? Нет, не унес! Листочек валялся там же, в кустах у лужи… Без всякой брезгливости молодой человек запаковал его в полиэтилен, положил в папку и, глянув на часы, побежал на автостанцию. Он еще успевал на четыре двадцать…

* * *

Повезло и здесь, и не только с автобусом, но, и с соседкой, которой оказалась одна говорливая бабуля лет семидесяти. Жила она на Исполкомовской, а оттуда до Южной — рукой подать.

— А что, Гликерья Федоровна, подруги у вас на Южной улице есть?

— Дак как же не быть-то?

— И часто вы к ним в гости ходите?

— Да кажный день! И-и-и, милай! На крыльце посидим, чайку выпьем, да в карты, да посудачим… Так уж теперь наше дело — пенсионерское!

— А в субботу, к полночи ближе, соседки ваши никого чужого на улице не видали, не рассказывали?

Поправив цветастый платок, бабуся задумалась:

— Чужих — нет, не видали. А то сказали бы! А на Федьку Потанина жалились. Ен, Федька-то, на мотопеде своем кажной день так и пали́т, так и пали́т до полночи! Спать, паразит гадский, мешает! Давно хотели в милицию про него… Дак ты уж разберись, милай! Ен там же, на Южной, с дедом своим живет, Тимофеичем! Ой, такую махру Тимофеич курит, такую махру! Вот как-то…

— Так Федька этот и в субботу ночью катался?

— Говорю ж — кажный день. А по выходным — особливо! Танцы в клубе-то, девки! Вот и пали́т.

— Ничего, Гликерья Федоровна. Разберемся!

Глава 7

Озерск и окрестности. 12–14 июня 1969 года

Подходя к отделению, Максим услышал раскаты громового хохота, доносившиеся из дежурки. Что ж, уж такая милицейская служба — всякое случается, иногда и такое, что животики от смеха надорвешь.

Хмыкнув, молодой человек поднялся по крыльцу и нос к носу столкнулся с начальством. Верховцев с Ревякиным стояли в коридоре и как-то странно поглядывали на участкового Сорокина, скромно притулившегося в уголке, у стенда «Навстречу великому юбилею!».

И чего они тут столпились? Сорокин, что ли, чего учудил? С него станется…