Роковая ошибка мистера Куина - Бенедикт Браун Страница 65

— Так, – продолжил он, выпрямившись, будто вспомнил, по какому интересному делу мы прибыли. – Любопытное у вас дело. Сначала угрозы, потом труп. У нас тут такого не бывает.

— Мой друг преувеличивает. – Лавбрук сделал шаг вперед, чтобы объясниться. – Совсем недавно я здесь работал и расследовал ужасающее преступление при сотрудничестве с лордом…

Сержант хлопнул в ладоши и развернулся к нам с Беллой:

— Приступим? Вы, наверное, устали с дороги и хотели бы поскорее узнать все новости.

— Было бы славно, – ответил я. – Нам не терпится услышать новости.

Белла с Лавбруком пошли чуть впереди, а я по пути болтал с сержантом. Оказалось, что идти нам буквально две минуты. Мелдон привел нас к высокому эдвардианскому зданию красного кирпича с длинным балконом и подъемными окнами по всему переднему фасаду.

— Он нас ждет, – сказал он без всяких пояснений, и мы вошли в двери здания номер один по Хай-стрит.

— А-а, сержант Мелдон, – произнес крупный мужчина с необычно светлыми кудрявыми волосами, как только мы постучались в первую же дверь в узком коридоре. – Хорошо, что вы пришли. Письмо готово.

— Замечательно, мистер Эйнтри. Давайте мы пройдем, и вы все объясните нашим гостям.

Судя по общему виду здания и парню с пустым взглядом в приемной, напрашивался вывод, что мы пришли в дом престарелых. Он был разделен на квартиры, чтобы у каждого жителя было собственное пространство. Квартира мистера Эйнтри была маленькой, но для мужчины его возраста столько места вполне достаточно. Стены были пустые, висело лишь несколько пейзажей, а в углу стоял мольберт с незаконченной картиной. Я не стал спрашивать, художник ли он, но ошибиться было бы сложно.

— Я познакомился с мистером Эйнтри вчера в пабе «Золотой лев».

— Выпиваю-то я нечасто, – пояснил наш новый знакомец, будто мы его осуждали. Обращался он напрямую к Белле. Она как-то притихла с самого нашего прибытия. Мистер Эйнтри продолжал разговаривать только с ней. – Но хорошая компания мне нужна. К ним еще по пятницам приходит скрипач.

— А я к виски неравнодушен, – успокоил Лавбрук старика. – А если есть еще и живая музыка, так вообще отлично. Нет ничего лучше хорошего паба.

— Это точно! – ответил художник (возможно, художник!), все еще засматриваясь на мою подругу.

Настало время сержанту Мелдону объяснить, зачем мы все собрались.

— По указанию присутствующего здесь инспектора Лавбрука вчера я отправился по городским пабам, расспрашивая посетителей о подозрительных письмах, отправленных в деревню Хёртвуд в Суррей. Сначала, конечно, я сходил на почту, но через них каждый день проходит столько писем, что уследить за отправителями невозможно. Наудачу, в «Золотом льве» сидел мистер Эйнтри и милостиво поделился со мной информацией.

— И правда очень мило с вашей стороны, мистер Эйнтри, – сказала Белла, видать, осознав, что нашла воздыхателя.

— Рад помочь, раз уж могу, – ответил он и замолчал, пока красноречивый взгляд сержанта не подтолкнул его продолжать: – Ах, да, позвольте, я все вам расскажу.

Он жестом пригласил нас присесть на пару кресел у противоположной стены маленькой комнаты. Так как кресел было всего два, мы с Мелдоном остались стоять. Лавбрук столько натерпелся в багажнике, что я решил, он заслужил посидеть в удобном кресле.