След на болоте - Андрей Посняков Страница 66

«Тот самый» листок был не полный, скорее половина… или даже треть. Ну уж что было — то было…

Альбер Камю — Жена, Немые, рассказы… Ленинские страницы… Из писем В. И. Ленину (1920–1921)…

Так… дальше не очень видно… Ага! — Дневник писателя… В. Каверин — стучали клавиши…

В дверь тоже стучали…

— Войдите! — оторвался от машинки Максим.

В кабинет вошел коренастый, круглоголовый мужик самого что ни на есть рабочего вида — промасленная кепочка, спецовка, черные рабочие штаны… в опилках они, что ли…

— Вы ко мне?

— Я это… Мне сказали, ага… К вам, значить… — Посетитель снял кепку и помял ее в руках…

— Ну, присаживайтесь. Что у вас за дело?

— Я это… Я про Воронкова Лешу… Алексея, значить…

— А-а-а! — дошло, наконец, до Мезенцева. — Воронков Алексей, подозреваемый по делу… Так это не ко мне! Это вам бы в Тянск, к следователю… А, впрочем… Вы что-то хотите про него рассказать?

— Дак это… не про него. Про колесо! Ну покрышку…

— Что еще за покрышка?

— Дак это не его — это моя. Я его заклеить просил — проткнул где-то.

У него на работе вулканизатор дак… Вот я и попросил… Да все просят…

— Товарищ, а вы, вообще, кто?

— Это… столяр я… в мастерских. Костиков Кузьма… беспартийный…

* * *

Заведующей библиотекой Елены Коськовой (супруги местного комсомольского воротилы) на рабочем месте не оказалось, зато молоденькая библиотекарша — худенькая, похожая на школьную отличницу шатеночка в больших роговых очках, выказала желание оказать доблестным сотрудникам милиции любую посильную помощь. Звали шатеночку Валерия Баранова… Валерия Борисовна…

— Можно просто — Лера, — чуть смутившись, девушка поправила блузку из коричневого, в желтый горошек, крепдешина.

— Ну а меня тоже можете просто — Максим.

— Очень приятно! — Озарившая лицо библиотекарши улыбка оказалась такой обаятельной и милой, что Мезенцев не поверил своим глазам. Не шибко модная, казавшаяся некрасивой девушка, истинный «синий чулок», вдруг превратилась в настоящую красавицу… правда, лишь на миг — только когда улыбалась. Хотя если присмотреться…

— Ты вы говорите, вам нужно по описанию книгу найти?

— Скорее — литературный журнал. Ну, знаете, толстые такие… Обложка голубая или серо-голубая…

— М-м-м… — сняв очки, Лера задумчиво погрызла кончик дужки…

А ведь миленькая, что и говорить! И губки такие чувственные, и глаза — карие, блестящие, большие… Юбка, пожалуй, длинновата, да и фасон так себе, но… Зато какая талия!

— Максим! Вы описание-то мне дадите?

— Ах! — Мезенцев стукнул себя по лбу, вытащил из папки листок и поспешно протянул его девушке: — Вот, пожалуйста.

— Говорите, серо-голубая обложка? Скорее всего — «Новый мир»… — Надев очки, Лера вчиталась… — Ага, Камю! Ну точно — «Новый мир»!.. И не такой уж и старый номер… Вы обождите пока, а я посмотрю.

Усевшись на стоявший у стеночки диванчик, молодой человек от нечего делать принялся разглядывать интерьер библиотеки. Да, собственно, какой там мог быть интерьер? Полки с книгами, этажерка с цветами, два конторских стола да ситцевые занавески на окнах. В простенке — вырезанная из «Огонька» репродукция картины «Ходоки у В. И. Ленина». Ленину же была посвящена и развернутая на первом стеллаже выставка журналов и книг. Даже целых три: «Страницы великой жизни», «Самый человечный человек» и «Детские и школьные годы Ильича». Все правильно, предстоящий год не простой — юбилейный!