Человек, который умирал семь раз - Ясухико Нисидзава Страница 67

— Вы же знаете: хозяин – человек азартный, любит делать ставки.

— Но это же не игра. Даже в игре можно как-то по-другому. Просто он не воспринимает это всерьез.

— Не знаю, можно ли так говорить, но…

— Ты о чем?

— Старики, бывает, впадают в детство. Что старый, что малый. Может…

Киёко не успела договорить. Ее прервал чей-то голос: «Доброе утро!» Я узнал его. Это была Томори.

— Извините, пожалуйста, госпожа, – проговорила она. – Я в гостях в вашем доме и имела наглость проспать.

— Ну уж скажешь. Еще семи нет. Еще никто не поднимался, кроме нас двоих. Можешь идти досыпать.

Хотя в голосе тетки Котоно не было ни сарказма, ни иронии, Томори понимала, что не может считаться в доме Футигами просто гостьей, как другие. По ее тону было ясно, что она чувствует себя очень неловко из-за того, что не помогла готовить завтрак.

Покончив с едой, тетка Котоно и Киёко вышли из столовой. Какое-то время было тихо. Томори сидела за завтраком одна. И тут раздался новый голос: «Что-то ты рано сегодня». В столовую вошел Цутия.

— Разве это рано? Госпожа Футигами и Киёко раньше меня позавтракали.

— Неужели? А наш председатель?

— Его я пока не видела.

— Наверное, еще отдыхает. Слава богу! Хорош бы я был помощник, если бы проснулся позже шефа и уселся завтракать, когда он уже закончил. Извини, это не про тебя ирония.

— Я не обиделась.

— Отлично! Тогда я тоже присяду, закушу.

Я никогда не слышал, чтобы Цутия с кем-то разговаривал таким непринужденным и дружелюбным тоном. Раз он был способен расслабляться, только оставаясь наедине с Томори, становилось понятно, на чем сосредоточен его интерес и внимание. Невысокая оценка, которую дала Цутии тетка Котоно, поначалу меня удивила, но теперь я начинал убеждаться в ее правоте.

— Ты слышала? – Тон Цутии становился все более фамильярным. Похоже, он говорил с набитым ртом. – Он еще не написал завещание.

— Разве? – Чем дружелюбнее становился тон Цутии, тем напряженнее звучал голос Томори. Хотя, может быть, мне просто показалось. – Я не в курсе.

— Тебе это неинтересно?

— Просто не мое дело.

— Как же так? Очень даже твое. Ведь ты одна из кандидатов в приемные дочери нашего президента.

— Я хочу просить госпожу исключить меня из кандидатов.

— Уже поздно что-то говорить. Председатель же спросил у тебя, интересно тебе это или нет, и ты ответила «да». Вот тогда и надо было отказываться.

— Теперь жалею, что сделала глупость.

— К чему эти переживания? Не выберут тебя – ты ничего не теряешь. Выберут – получишь все.

Томори не ответила.

— Послушай, – продолжал Цутия. – Я давно собирался сказать… Не кажется тебе, что нам надо стать немного ближе?

— Что ты имеешь в виду?

— Ну это же понятно. Будущее Edge Up Group лежит на наших с тобой плечах. Нам надо тесно сотрудничать. Это совершенно естественно.

— Я не собираюсь держать на плечах будущее компании. Мне своей работы хватает с головой.

— Я тебя чем-то расстроил? – поинтересовался Цутия, сопровождая свой вопрос принужденным смешком. Судя по всему, он начал терять терпение из-за того, что не может добиться от Томори твердого ответа. – Я считаю тебя ценным… партнером.

— Кем, извини?

— Ты хороший работник. Ты очень способная, Edge Up в тебе нуждается. Это факт. Скоро, возможно, мне придется возглавить компанию. Официального решения еще нет, но, думаю, у меня хорошие шансы. Мне со всеми делами не справиться. Поэтому ты мне просто необходима как партнер. И не только по работе. Я и личную жизнь имею в виду.