Убийство в ирландской деревушке - Карлин О’Коннор Страница 67

— Будем за этим следить. Если что, быстренько еще что-то приготовим, – сказала Шивон, молясь, чтобы не пришлось этого делать.

— Мы вообще можем себе это позволить? – спросил Джеймс.

— Мы не можем себе позволить этого не делать, – сказала Шивон, наблюдая, как Киран усаживается рядом с жестяной банкой с надписью «ПОЖЕРТВОВАНИЯ».

— Он боится, что ее кто-то утащит, – сказал Оуэн.

— Никто ее не утащит, – сказала Шивон.

— Убийца мог бы.

— Так мы его и поймаем, – сказала Энн, округлив глаза и хлопнув в ладоши. – Ох, надеюсь, убийца попытается украсть деньги!

Шивон покачала головой. Ей казалось, что вся семья потихоньку сходит с ума. Она подняла взгляд на приближающегося Джеймса. Вид у того был мрачный.

— Что такое? – спросила Шивон.

— Все считают меня убийцей, – сказал Джеймс.

— Тебе так сказали?

— Нет, конечно. Просто я чувствую. Я должен до конца тут быть?

— Болтать станут только больше, если будешь прятаться, – сказала Шивон.

Джеймс перешел на шепот:

— Я ругался с Найлом. Все это знают. Если бы я мог вернуться в тот вечер…

Шивон захотелось обнять брата, но он не позволил бы. Не когда он в таком состоянии.

Она продолжила улыбаться и так же шепотом сказала Джеймсу:

— С Найлом много кто ругался. Все в городе знают, каким он был человеком. Мы со всем справимся. Останься. Ради нас.

Джеймс кивнул:

— Можно я хотя бы просто на кухне побуду?

— Походи тут еще немного. Потом можешь укрыться на кухне.

Она оставила младших стоять, а сама взяла чайник и принялась обходить посетителей. Шивон была счастлива снова видеть соседей в бистро; вскоре все столики были заняты, кроме того, за которым обнаружили Найла. О'Салливаны этого и ожидали, поэтому заранее установили на столе фотографию парня, свечу, четки, кельтский крест, купленный в поездке на острова Аран, и книгу пожеланий, чтобы каждый мог написать что-то хорошее. Шивон не могла отогнать мысль о том, что убийца тоже может оставить в книге пожелание. Хватит ли ему (или ей) наглости? Убийцу, конечно, по почерку не вычислишь. Но все равно эта мысль пугала Шивон: что убийца среди них, утешает кого-то, ест, пьет, ведет беседы, как обычный добрый соседушка.

Бегая туда-сюда из кухни в зал, подливая кипятка в чашки и заваривая капучино, девушка перебрасывалась словами с соседями и друзьями, но быстро удалялась, когда разговор переходил к убийству. Ей не хотелось, чтобы Мэри Мерфи – или Макдара Фланнери, что уж там – подумала, что она организовала это мероприятие, только чтобы собрать слухи.

Кстати о Макдаре. Шивон отметила, что он до сих пор не появился. Интересно, он собирался прийти или был слишком занят расследованием? Ей не терпелось его увидеть, но, когда от одной мысли о Макдаре по телу разлилось знакомое тепло, Шивон убедила себя, что дело лишь в том, что его присутствие поможет скорее поймать убийцу. Поэтому она хотела увидеть гарду, не по какой-то другой причине.

Шивон продолжала внутреннюю борьбу со своими чувствами, когда к ней подошла заплаканная Брайди.

— Ты сделала доброе дело, – сказала та. – Мне до сих пор не верится, что это произошло.

Ее слезы выглядели искренними, и Шивон позабыла о своих намерениях ее допросить. Все-таки это было время скорби. Шивон обняла женщину.

— Ты тоже была добра к Найлу, – сказала она.