Мигрант - Павел Астахов Страница 68

— Дикий, угомонись, – тихо произнес Шмель, но байкера было уже не остановить.

— Это беспредел! – с горящими глазами бушевал он. – Покажите мне этих свидетелей! Это наверняка ваши дрессированные крысы, которым вы платите за свои грязные делишки!

Невзирая на боль, Дикий встал со стула, и в глазах следователя мелькнуло что-то отдаленно похожее на беспокойство. Он потянулся к телефону и, нажав на какую-то кнопку, бросил всего лишь одно слово:

— Конвой.

— Дикий, вернись на стул, – сказал Шмель, но тот лишь отмахнулся:

— Я знал, что вы «шьете дела», но чтобы делать это так топорно…

В коридоре послышался торопливый топот ног, обутых в военные ботинки, и через мгновенье Дикого скрутили, а на его руках защелкнулись наручники.

— Откатайте ему пальцы – и в камеру, – приказал Ерохин.

Когда байкера увели, он посмотрел ничего не выражающим взглядом на Шмеля:

— Для тебя тоже вызвать сопровождение? Или будешь вести себя спокойно?

«Спартанец» молчал, переваривая произошедшее. Инцидент с Диким напоминал вырванный фрагмент из какого-то третьесортного боевика, но никак не из реальной жизни, где он принимал самое непосредственное участие.

— Послушайте, мой друг немного вспыльчив, но он, по сути, прав, – осторожно заметил Шмель. – Мы никого не убивали. Никакого Садыкова на велосипеде ни я, ни Дикий, то есть Скобин, не видели!

— Все, что вы хотите сказать, изложите в протоколе допроса, – сказал Ерохин и зевнул, показывая, что разговор окончен.

— Но это же несерьезно, – настаивал Шмель. – Вы можете отследить наш путь по камерам, ими же практически вся область напичкана!

— Спасибо за совет, как мне вести следствие, – усмехнулся Ерохин.

— Так, понятно, – вздохнул байкер. – Моего друга вы арестовали за убийство. Но меня-то вы можете выпустить?

Следователь фыркнул.

— Дружок, вам вменяется сто пятая статья, часть вторая. Убийство с отягчающим обстоятельством – организованной группой. Думал, удастся соскочить? Ты соучастник убийства!

Шмелю начало казаться, что все происходящее является ночным кошмаром.

— Это неправда, мы никого не убивали, – сказал он уже не столь уверенно.

— Все так говорят.

— Вы должны сообщить нашим родным, – вспомнил «спартанец». – Позвоните моему брату! И раз уж на то пошло, то мне нужен адвокат!

Следователь расхохотался, словно Шмель выдал удачную шутку.

— Будет тебе все. И звонок другу, то есть брату, и адвокат, – ухмыляясь, сказал он. – Всему свое время…

Деловое предложение

Когда следствие по делу изнасилования наконец-то сдвинулось с мертвой точки, дальнейшие события закрутились с необычайной скоростью. На следующий день Лена была признана потерпевшей и в присутствии Павлова ей были подробно разъяснены предусмотренные законом права. Далее последовала очная ставка с Мансуром. Последний не моргнув глазом настаивал, что интимные отношения между ним и Леной были исключительно по инициативе девушки и он даже слова грубого ей не сказал…

Провести очную ставку с Азаматом оказалось сложнее, ввиду того что парень уже вторые сутки по понятным причинам находился в СИЗО. Тем не менее следователь организовал следственное мероприятие непосредственно в изоляторе. На допросе Азамат был чернее тучи и вообще отказался от дачи показаний, хотя было видно, что парень на грани нервного срыва. На его правой руке белела гипсовая повязка, а глаза источали такую жгучую ненависть, что Лена даже боялась лишний раз посмотреть в его сторону. Она опознала нож, который был изъят при покушении на Артема, – именно этот нож Азамат держал у горла девушки, пока ее насиловал Мансур…