Мое убийство - Кэти Уильямс (США) Страница 69

– Вы прекрасные, чистые души, – все не унималась Тейтем, – и мы выдернули вас из бездны. Пошел на хер этот Эдвард Ранни, – заявила она и выжидательно посмотрела на нас.

– Все так, – подыграла ей Ферн, – пошел он на хер.

– Да! – Тейтем вскинула руку с нашими пальто.

Лейси закатила глаза.

Ее мать поманила нас вглубь дома и сама ринулась вперед.

– Я испекла лимонные батончики, – сообщила она. – Любите лимонные батончики? Зачем я спрашиваю? Кто же не любит лимонные батончики? Разве что психопаты. – Она с улыбкой оглянулась. – Шучу. Любите шутки?

– Пара минут, и она угомонится, – сказала Лейси и добавила: – Наверное.

Мы вошли в большую столовую – ну или то, что когда-то было столовой. На ковре виднелись углубления – видимо, в тех местах, куда упирались ножки длинного стола; окна были занавешены плотными шторами, а комод у противоположной стены был завален, но не посудой, а комплектами для входа в виртуальную реальность – шлемами и перчатками. Посреди столовой вокруг похожей на паутину люстры было развешено шесть гамаков для виртуальной реальности. Два из них занимали люди в шлемах.

– Знаю, это выглядит как берлога чокнутых программистов, – сказала Лейси. – Оно не сразу так было, это произошло постепенно.

Тейтем принесла с кухни обещанные лимонные батончики. И, плюхнувшись в свободный гамак, принялась болтать ногами.

– Колючка! Брэд! У нас гости! – прощебетала она. Парочка в гамаках сняла шлемы, и Тейтем голосом конферансье объявила: – Знакомьтесь: Ферн и Луиза!

Ферн помахала рукой.

– Все зовут меня Лу, – сказала я.

– Мы знаем, – в унисон ответила парочка.

Я представляла себе «Люминолов» кучкой тощих, остроносых бледных мужчин, чем-то средним между Шерлоком Холмсом и Стивом Джобсом. Эти двое выглядели совсем не так. Брэду на вид было около сорока, он носил бороду в завитках и напоминал какого-то босого монаха из фэнтези-романа. Колючка походила на вчерашнюю выпускницу школы: румяное лицо, влажные волосы собраны в хвост – ни дать ни взять девица, которая только что вышла из спортзала.

– Эти два свободны. – Колючка показала носком на пару гамаков напротив своего. – Джей поехала навестить сестру, а Чарли на работе.

Ферн тут же опустилась в один из гамаков. Я подошла к другому и подергала тросики.

– Ребята точно не будут против?

– Против? – переспросил Брэд. – Да Чарли за честь почтет.

– Ты его самая любимая, – добавила Колючка.

– Самая любимая – кто? – уточнила я, но тут же догадалась: самая любимая жертва.

Эта мысль, видимо, тут же отразилась у меня на лице, поскольку Колючка расстроенно поникла.

– Прости. Я что-то…

– Ничего страшного. – Я осторожно присела на край гамака. – Кому не нравится ходить в любимчиках?

– Да, верно. Почему это яни у кого не в любимчиках? – Лейси уселась в последний свободный гамак и принялась возить ступнями по полу.

– Ты моялюбимица, милая, – сообщила ей Тейтем.

– Вау. Спасибо, мам.

Я вновь почувствовала тот болезненный укол зависти, ощутила себя сиротой. Нова, подумала я в попытке утешиться. Сайлас.

Тейтем повернулась к нам с Ферн.

– В ней и раньше было столько же сарказма. Ничего нового.

– Ты имеешь в виду, что меня не клонировал какой-то очень саркастичный ученый? – поинтересовалась Лейси.

– Видите? Вот оно, – кивнула Тейтем. – Она с детства такое выдает.