След на болоте - Андрей Посняков Страница 70

— Да, в общем-то, кроме того, что видели, как он цеплялся к убитой, — никаких, — вздохнув, ответил Игнат.

— Что значит — цеплялся? Товарищи милиционеры, прошу выражаться понятнее!

— Он ей что-то предлагал, заговорил… затем пошел следом, — пояснил Дорожкин. — Но девушка, похоже, на контакт не шла.

— Понятно… Та-ак… Сыктывкар, значит… Следователю сообщили?

— Еще вчера, как узнали.

— И что?

— Пока ничего, товарищ подполковник… Сейчас устанавливаем, к кому могла приехать. Сами понимаете, дело не быстрое.

— А надо бы побыстрее! — покачал головой Иван Дормидонтович и вздохнул: — Хорошо хоть, по кассирше с шофером на кого-то вышли. Интересно, что там Воронков, признался? Ладно, позвоню следователю, спрошу… Ты что хмыкаешь, Игорь?

— По Воронкову не все так просто — шина проткнутая не его оказалась… Разве что деньги да остатки банковской упаковки!

— Так ведь это самое главное, товарищ старший лейтенант! Ладно, идите, работайте. Карасева найдите и доберитесь, наконец, до Алимова! Чувствую, есть там за что его прижать…

* * *

Алимова прижали уже на следующий день — устроил драку в ресторане Тянска. Там и взяли, так сказать, тепленьким. Еще и оказал сопротивление сотрудникам милиции… вернее, попытался оказать, да огреб по полной.

Щербакину позвонили сразу, и тот сразу же закрыл дебошира в КПЗ, пока — по факту хулиганских действий. А в Озерск прислал очередное поручение: установить и допросить возможных свидетелей…

Вот участковые и допросили — уж постарались — с десяток человек, что были у автостанции и видели, как Алимов привязался к жертве и как пошел за ней в парк…

— Мало! Мало! — ругался по телефону следователь. — Ну шел… и что? Может, он вещи какие продавал… ну, с убитой?

Однако с вещественными доказательствами пока было туго. Да еще, как назло, куда-то пропал еще один возможный подозреваемый — Валентин Карасев. Дружки сказали — узнал об измене своей марухи, купил самогона и ушел в запой.

Маруха — Татьяна Щекалова — ничего по этому поводу пояснить не смогла, лишь презрительно кривила губы:

— Никакая я не «его»! Нужен мне такой хмырь, как же!

Однако все же припомнила, что Карасев так вот исчезал уже не раз…

— Да дня через три объявится! Водка кончится — и припрется как штык. Деньги на опохмел клянчить.

* * *

Что же касаемо майского дела с ограблением и убийством, то… На первый взгляд, там все уже было на мази — имелся и подозреваемый, и улики — не только косвенные, но и практически прямые — деньги и обрывки банковской упаковки! Это вам не собачка чихнула!

И все бы хорошо, вот только задержанный Алексей Воронков оказался упрямцем, каких еще поискать, и признавать свою вину в этом деле наотрез отказался, даже частично. Не был, не убивал, не грабил! Покрышку — да, на работе завулканизировал. Приятель просил, так что же — отказать? Мотоциклетный шлем есть, и очки-«консервы» в ОРСе совсем недавно купил, чтобы в Тянск ездить, а то как-то уже штрафовали… Где был и что делал восьмого мая — не помнил, потому как с утра ушел на Маленькое озеро и там ловил рыбу и пил водку. Потому и дома не был, и соседи не видели — пришел только через пару дней. Пил один… а потом, может, кто и был — черт его знает. На озере у него шалашик и лодка…

Как попали в квартиру новенькие червонцы и банковская упаковка — ни сном ни духом.