Убийство в Розовом павильоне - Альфред Мейсон Страница 70

Глава 19

Кровь застыла у нее в жилах от слов, которые она услышала.

Госпожа Доврей тихим, исполненным благоговения голосом сказала:

— Здесь в комнате присутствует дух.

Целия с ужасом прислушивалась к тому, как бедная женщина повторяла выражения, которым научилась от нее.

— Я хочу говорить с ним, — продолжала госпожа Доврей и, возвысив несколько голос, спросила: — Кто ты, пришедший к нам из мира призраков?

Целия знала, что Везермилль бесшумно крадется к тому месту, откуда слышался голос.

— Отвечай! — продолжала госпожа Доврей. Вслед за этим она слегка вскрикнула. Это был крик восторга. — Пальцы притрагиваются к моему лбу, теперь к моей щеке, к моей шее.

И голос ее смолк. Слышался только сухой сдавленный звук и странная возня, да стук подошв о полированный пол. Они убивали ее, убивали старую добрую женщину, молча и в темноте. Напрягая все свои силы, девушка забилась, как животное в западне. Но веревочные путы крепко держали ее. Возня, слышанная ею, сделалась вдруг судорожной и вскоре совсем прекратилась. Послышался голос Везермилля:

— Какой ужас! — сказал он.

Затем послышался голос Елены Вокье. Его легко было узнать. Елена говорила громко и спокойно. Можно было подумать, что ничего особенного не случилось.

— Я зажгу свет, — сказала она.

Сквозь щели в портьерах показался свет. Целия услышала громкий стук по столу, за которым последовало несколько таких же, но более слабых звуков, и, наконец, тяжелое дыхание человека, прерываемое всхлипываниями. В эту минуту с госпожи Доврей стаскивали жемчужное ожерелье, браслеты и кольца. Целии ясно представились пухлые руки несчастной женщины, обремененные бриллиантами. Послышался звон ключей.

— Все, — сказала Елена Вокье.

Надо полагать, что она только что вывернула карманы одежды.

Раздался глухой стук, что-то тяжелое упало на пол. Одна из женщин засмеялась. Это была Елена Вокье.

— Где здесь ключ от шкафа? — спросила Адель.

Елена Вокье ответила:

— Вот.

Целия услышала, как кто-то тяжело упал в кресло. Это был Везермилль. Он сел и закрыл лицо руками.

Елена подошла к нему, положила руку на плечо и грубо встряхнула.

— Идите и возьмите бриллианты из шкафа, — сказала она.

— Вы обещали мне завязать глаза девушке, — крикнул он хриплым голосом.

Елена Вокье засмеялась.

— Обещала? — сказала она. — А для чего?

— Тогда не нужно было бы… — и голос его дрогнул.

— Не нужно было бы? А мы как… Адель и я? Она прекрасно знает, что мы здесь. Ну же, полно, идите и возьмите драгоценности. Ключ от дверей лежит на камине. Пока вы там управитесь, мы здесь вдвоем приготовим малютку.

Она указала на нишу, в голосе ее слышалась презрение.

Шатаясь как пьяный, прошел Везермилль через гостиную и дрожащими руками взял ключ. Целия слышала, как он повернул его в замке, открыл дверь и пошел наверх. Целия откинулась назад, сердце ее замерло. «Приготовим!» Теперь ее очередь. Ее «приготовят». Она не сомневалась в том, какое зловещее значение скрыто в этом невинном слове. В ушах ее еще раз раздавались сухой, сдавленный звук и страшная возня. Все это длилось так долго! Так ужасно долго!

Она слышала, как открыли и опять закрыли двери. К ней приближались чьи-то шаги. Портьеры распахнулись, и две женщины остановились перед ней: Адель Россиньоль и Елена Вокье. Елена держала белый плащ Целии. Они не хотят, следовательно, убивать ее. Хотят только увезти! В душе девушки проснулась надежда.