Темная флейта вожатого - Владимир Волков Страница 71

— У меня есть объяснение тому, почему никто не поднял тревогу, – сказал следователь. – Прозвучит неправдоподобно, но пусть будет хотя бы такое, чем вообще ничего. Других вариантов у меня все равно нет. Вы же знаете, что многие видели прошлой ночью однотипный сон. Так вот… Что, если это был вовсе не сон!

Стаев обвел взглядом членов опергруппы.

— Да-да. Я думаю, дело было так: многие дети и вожатые проснулись ночью от шума и подошли к окну. Они действительно увидели Шайгина (или его сообщника), облаченного в странное одеяние. Он играл на флейте и вел за собой десятый отряд.

Следователь замолчал, подбирая слова.

— Просто картина выглядела настолько дико, настолько сюрреалистично, а музыка была такой… бесячей, – тут Стаев поморщился, – что люди были просто потрясены. Они просто приняли увиденное за сон. Неизвестно только, состоял ли замысел вожатого именно в этом или все вышло случайно…

Все переглянулись.

— А надпись на стене? – спросил Максим.

— Я думаю, это подсказка. Ее сделал кто-то из детей. Он таким образом дал сигнал. Мы, мол, отправляемся в путешествие. Сюда же я бы отнес и находки поисковиков. Ведь косынка висела на ветке, а браслет лежал на камне. То есть предметы специально оставили на виду, чтобы их заметили. И по ним отследили путь отряда.

— Складно, – согласился опер Сергеев.

— По крайней мере, теперь становится многое понятно, – сказал Максим.

— Надеюсь, завтрашний день принесет нам новые находки. Лес не такой уж и большой. Погода стоит теплая. Шансы есть найти детей живыми и здоровыми, – тут Стаев помолчал и в большой задумчивости добавил: – Только надо ли их искать?

— Что вы сказали? – спросил Максим.

Стаев будто очнулся ото сна. Все смотрели на него удивленными глазами. На губах Валерия едва виднелась бледная улыбка. Но Стаев не стал продолжать мысль. Он махнул рукой и продолжил:

— Еще один важный момент: кто-то сливает информацию прессе… Надеюсь, никто из вас к этому отношения не имеет. Предателей в своем стане я не потерплю.

Все промолчали.

— Итак, драгоценные мои, – бодрым тоном заговорил Стаев, – наши дальнейшие планы. Ищем анонимщика. Завтра с утречка стажеры этим и займутся. Ищите тетрадь в клетку. Образец у вас есть. Белянка пусть опрашивает детей. Может быть, негодяй сам выдаст себя. Или кто-то видел, как он написал записку.

Стажеры и Яна закивали.

— Продолжаем также искать сообщника. Мне почему-то кажется, что это должен быть человек со стороны. Но это лишь предположение. Если вопросов нет, считаю совещание закрытым.

Когда Яна, опер и эксперт вышли, Стаев повернулся к Валерию и посмотрел на него пристально. Стажер выдержал взгляд.

— Можно узнать, почему тебя так возмутила история с загадалками?

Валерий выпрямился. Он весь преобразился, как солдат перед расстрелом: выставил грудь вперед, сверкнул глазами.

— Видите ли, все дело в Антоне, – проговорил стажер очень медленно. – Вы ведь знаете о его подвиге в девяностом году? Я был в тот день на площади. Видел все своими глазами. А потом неоднократно встречался с Антоном лично. Понимаете, он не просто герой Бельска. Он – символ нашего города. И поэтому мне показалось… Не стоит выкапывать эти записки. Это как осквернять святыню или открывать ящик Пандоры. Можно выпустить джинна из бутылки. Фигурально выражаясь. И потом, я абсолютно убежден, что ничего плохого он с детьми не сделал.