Следы в высокой траве - Татьяна Полякова,Анна М. Полякова Страница 73

— Очень, – добавила я.

Гоша посмотрел на меня снисходительно, словно я была ребенком, только что сморозившим глупость.

Внутри меня тем временем все клокотало, мне не терпелось остаться наедине с подругой и обсудить свои мысли. Кажется, Ленка была права: в поле и правда в голову может прийти что-то неожиданное.

Зоя вдруг вмешалась:

— Марин, ты чего?

Я перевела на нее взгляд, изо всех сил стараясь выглядеть спокойной.

— Да так, вот думаю, может, себе такие купить, вроде не должны по грязи скользить на такой подошве.

— Себе? – удивилась Ленка. – Кажется, кому-то надо освежиться, в машине вода была…

Подруга всерьез начала беспокоиться за мое душевное здоровье, что радовало: все-таки я ей не безразлична.

Гоша хмыкнул и покачал головой.

— Странные вы, городские, все-таки.

— А ты чего не на почте? – обратилась к Зое подруга.

— Так выходной, – легко пожала плечами та.

— Слушай, – озарило Ленку. – Может, ты знаешь, где можно поискать что-нибудь о колхозе?

— Так тут и ищите, – хохотнула она. – Поле непаханое для поисков.

— В самом прямом смысле, – невесело добавила я.

— В библиотеке были? Там вроде фотографии сохранились. Мы, когда деда хоронили, брали из архива колхоза, он там молодой, красивый.

— Да, у Тамары мы уже были, – разочарованно отозвалась Ленка.

Тут подруга перевела взгляд на Гошу, и я испугалась, что она начнет расспрашивать его об отце. К такому разговору следовало бы тщательно подготовиться. Дабы ситуация не стала критической, мне пришлось вмешаться.

С воплем «Бежим, змея!» я понеслась к машине, успев схватить за руку подругу. Когда мы, отдышавшись, остановились у дороги и посмотрели в сторону поля, Гоша с Зоей неспешно возвращались к трактору. То ли змей не боялись, то ли актриса из меня так себе.

Ленка тут же заставила меня остановиться на второй версии.

— Зря старалась, не поверили они тебе.

— Могла бы подыграть, – обиделась я.

Зоя задержалась на секунду у трактора, посмотрела на нас то ли с раздражением, то ли с настороженностью. Еще бы, после такого перформанса ее можно было понять. Потом девушка села рядом с Гошей, и они уехали.

— Что они тут делали? – обратилась Ленка ко мне, будто я могла знать ответ.

— За меч-травой пожаловали, – отшутилась я. – Меня больше другое беспокоит.

Я открыла машину, и мы устроились в перегретом салоне, тут же включив кондиционер на полную мощность.

— Ну? – вопрошала подруга. – Объяснишь что-нибудь?

— Ты на ботинки Гошины посмотрела?

Ленка открыла бардачок, достала бутылку с водой, сделала большой глоток, а потом резко развернулась ко мне и прыснула в лицо, как из пульверизатора.

Я ошалело уставилась на нее, она – на меня.

— Ты в своем уме? – вытирая салфеткой лоб, поинтересовалась я.

— А ты? Что ты заладила? Ботинки, змеи, так и до солнечного удара недалеко, панамкой на твоем месте я бы не пренебрегала.

Есть особый вид женской дружбы, который проявляется не в том, что вам в три часа ночи привезут лекарства и поддержат, когда сердце разбито после очередных отношений, а в том, что плеснут вам в лицо водой, если вы, по их мнению, начали говорить слишком странные вещи.

И, что хуже всего, иногда это бывает полезно.

Я вытерла лицо салфеткой, посмотрела на Ленку и поняла, что злиться на нее не выходит. Прежде всего потому, что она была права: со стороны мои реплики могли показаться первыми симптомами перегрева.