Два тревожных дня майора Ковалева - Василий Моисеев Страница 73

— Наблюдаешь за игрой? – спросила Даша, проследив за его взглядом.

Вадим не стал скрывать своей заинтересованности игроками. И соврал:

— Эта игра напомнила мне детство… Мы тогда примерно так же стрелы метали. Самодельные, правда, не такие изящные, не такие точные. И правила у нас тоже свои были. Не знаю, откуда эта игра появилась, но умами нашими детскими овладела быстро.

Вадиму неловко было повторять слова Сингапура и приписывать себе чужое увлечение. Однако свой интерес надо было как-то объяснять, тем более что детектив не мог ограничиться только наблюдением за игроками со стороны. Ему нужно было принять участие в игре. Ему нужно было знакомство с ними.

Даша его откровениям поверила.

— Теперь понятно, – улыбнулась она, – откуда у тебя такое увлечение спортом. А каратэ тоже с самого детства занимаешься?

— Почти, – признался Вадим, – каратэ для меня стало одним из смыслов жизни. Не знаю, кем бы я стал, если б не каратэ…

Даша рассмеялась:

— Не милиционером, это уж точно.

Вадим подумал, что надо бы поближе подрулить к играющим. Пора уже, иначе щедрые призовые сведут на нет смысл общения с ними. С пьяными разговаривать – нет ничего хуже.

К коньячным стопкам играющие действительно прибегали довольно часто, и эта обильность возлияний наталкивала детектива на мысль, что вряд ли имеет смысл высматривать среди них интересующих его людей. Конечно, бандиты тоже расслабляются по полной программе и тоже пускаются во все тяжкие грехи, но используют для этого «свои» заведения. Особенно осторожными в подобных делах они стали после расстрела группировки Зимина в ресторане «Подворье».

После нескольких глотков коньяка Даша посмотрела на танцующих, склонила голову, прислушиваясь к музыке, и когда Вадим уже ожидал от нее предложения пойти потанцевать, сказала:

— Я тоже хочу играть в этот самый… как его… дартс.

Наверное, на ее желание подействовал пример трех девиц из компании игроков, время от времени встающих из-за столов и решительно присоединявшихся к игре. Дротики женщины метали неумело, но под восторженные возгласы спутников, и непременно требовали премиальных граммов. Вадим странному желанию Даши не возражал. Ее решение было хорошим поводом появиться на площадке. Значит, правильно говорят: что хочет женщина, того хочет бог.

Правда, развлекающиеся придерживались иного мнения, и решение незнакомой пары присоединиться к игре восприняли с откровенным недружелюбием. Трудно было предположить, что захмелевшие «асы» увидели в них конкурентов, скорее всего, просто-напросто не хотели уступать место. Азартный дартс казался им гораздо привлекательней, чем бесшабашные танцы. Один из компании, мужчина лет тридцати пяти, с заметно обозначившимся брюшком и лысиной в полголовы, так и сказал, предупреждая намерение Вадима приобрести жетоны:

— Не суетись, мужик. Займи очередь и жди. Через неделю, глядишь, и сыграешь.

И победоносно повел хмельными глазами на приятелей. Те лениво подтвердили:

— На сегодня круг наш. Можешь отдыхать.

В их голосах не было ничего, кроме равнодушия. Даже пару фраз словно не сказали, а нехотя процедили сквозь зубы. Сделали одолжение. Главное, в их высокомерии не было никакого стремления выпендриться перед девицами, это было для них обычной манерой поведения. Они даже не пытались показать молодой паре свое равнодушие, для них и это было излишним и чрезмерным. Этакие полноправные хозяева. И когда только успели привыкнуть к такому и обзавестись барскими замашками? Пожалуй, это выглядело самым неприятным.