Вне закона - Всеволод Крестовский Страница 73

Гамбетта извещал, что, несмотря на все свои старания, он встретил со стороны Коробова такое ослиное упорство, что считает себя вынужденным отказаться от дела.

Все время, пока Вельтищев читал, г-н Антизитров внимательно наблюдал за изменением оттенков его физиономии, но, вопреки своему ожиданию, не нашел, чтобы содержание этой записки подействовало каким-нибудь особенным, раздражающим, досадным или грустным образом на Вельтищева. Физиономия Платона сохраняла полное спокойствие, и даже слегка проявилось в ней нечто похожее на какое-то внутреннее, затаенное удовольствие.

— Вчера приходил к барону господин Коробов, – проговорил Антизитров, когда Платон положил на стол письмо Гамбетты.

— Да, барон мне пишет об этом, – небрежно ответил Вельтищев.

— Этот барин ни на что не согласен, – продолжал посланец.

— Да, барон и об этом пишет.

— А я был почти невольным свидетелем их переговоров… я занимался в другой комнате. Господин Коробов даже очень чувствительно выругал барона.

— Ы-гы? – кивнул головой Вельтищев.

— Да-с, выругал… и я слышал весь разговор…

— Ну так что же? – с суховатым и недоумевающим видом спросил Платон Васильевич.

— Да ничего, в сущности… я, конечно, человек посторонний, но… если бы лица заинтересованные захотели прибегнуть к моей помощи, то я бы мог почище всяких баронов обработать для них всю штуку.

— То есть что вы хотите этим сказать?

— Да не более как то, что там, где ни шиша не поделает присяжный адвокат, может обработать помощник адвоката.

— Какой помощник?

— Помощник-то? А вот, Аристарх Кононов Антизитров, то есть я самый.

— Что же вы можете? – равнодушно спросил Вельтищев.

— Я-то?.. Хм… Я все могу!

— То есть что же это все?

— Да все, как есть, все!.. Я, конечно, «человек маленький», но маленькие люди из народа иногда обладают могуществом кесарей… У маленьких людей есть такие силы, которыми не всегда располагают сильные мира сего… Вот вы и сильный мира, а в этом деле без «маленького человека» ничего не поделаете.

— Да кто же вам сказал, что я хочу тут что-нибудь поделать?

— Хе-хе!.. Вы это, значит, в жмурки думаете играть? Тогда нам с вами, конечно, и разговаривать не о чем!.. Я ведь знаю, зачем вы приезжали к фон Шнитцли, и если заговорил с вами, так это потому, что надеялся, как порядочный человек, оказать вам существенную услугу, а коли вы хотите со мною в политику Бейста играть, так я могу и убраться.

Вельтищеву показались довольно оригинальными и забавными тон и манера этого странного господина, который, однако, успел своими словами несколько заинтересовать его. «Не то нигилист, не то выгнанный юнкер, а скорее всего, проходимец какой-то», – подумал он, оглядывая г-на Антизитрова.

— Очень рад бы воспользоваться вашими услугами, – сказал он. – Но только не могу представить себе, какого рода могли бы быть эти услуги?

— Услуги-то?.. А вы прежде всего откажитесь от бейстовской политики со мною, тогда мы это дело начистоту поведем, – знаете, эдак à lа Бисмарк!

— Да я не политикую с вами; я просто не понимаю вас, – улыбнулся Вельтищев.

— Не понимаете!.. А еще статьи пишете, и вдруг не понимаете!.. Хе-хе!.. Ну, видно, мне и взаправду приходится жевать и в рот класть. Слушайте: вы принимаете участие в бракоразводном деле Коробова с его женою?