Тень моей сестры - Дженюари Гилкрист Страница 76

Глава 21

Уши уловили монотонное, но все же довольно приятное жужжание, не разбудившее меня, а скорее переключившее в нечто среднее между забытьем и бодрствованием, когда практически невозможно отличить сон от реальности.

Я плыла, как лист по поверхности озера. Шум усилился и начал раздражать меня. Я сделала глубокий вдох и, почувствовав резкую боль в кистях рук, чуть не задохнулась от подступившей к горлу тошноты.

Я полусидела на оттоманке в гостиной, находящейся в западном крыле особняка, из окон которой открывался захватывающий дух вид на океан. Позади меня раздавались голоса Виктории и какого-то незнакомого мужчины.

Кисти рук нестерпимо болели и были тяжелыми, как гири. Посмотрев на них, я обнаружила, что они обмотаны толстым слоем бинта, делающего их похожими на боксерские перчатки.

Я попыталась встать, и тогда в поле зрения возникла Виктория, безмолвно положившая руку мне на плечо и снова вынудившая меня прилечь.

— Вы слышите меня? – спросил мужчина в черном костюме и с каменным лицом, тоже появившийся в поле зрения.

Что за странный вопрос? У меня болят только руки, а с головой все в порядке. Во рту было так сухо, что было трудно глотать.

— Я дал вам болеутоляющее, – нахмурился мужчина, глядя на меня сквозь толстые стекла очков. Мысли в голове путались, а глаза, несмотря на все мои усилия, постоянно стремились закрыться. Я попыталась раскрыть их пошире, но это не помогло. Отчаявшись, я снова опустила веки, борясь с постоянными приступами тошноты.

— Я оставлю это вам. Давайте ей по одной ложке, но только когда боль станет нестерпимой, – донеслись до меня, как сквозь толстый слой ваты, слова мужчины, обращенные к Виктории.

Туман окутал мой мозг, и я снова потеряла сознание.

* * *

— Ади! – услышала я голос Виктории.

От прикосновения ее руки к плечу я очнулась.

Наши взгляды встретились. Виктория улыбнулась мне, и я, несмотря на боль, ответила ей тем же.

Она простила меня. Моя сестричка снова со мной.

— Что с тобой случилось, Ади? Когда Дженни закричала на весь дом, я побежала в ванную и, увидев тебя лежащей на полу, подумала, что ты умерла.

Руки жгло огнем, словно бинты были раскалены. Перед моим мысленным взором проплыли картины: красная пена, струя крови и блеснувший на солнце осколок стекла.

Мыло!

Сев прямо, я протянула Виктории обе руки. В ее взгляде промелькнуло отвращение. Всего на мгновение, но я успела его заметить.

В комнате, кроме нас двоих, никого не было. Занавеси на окнах ритмично покачивались, словно дом дышал. Мое же дыхание было прерывистым, лоб покрыт каплями пота. Кто же это сделал?

— Виви, – прохрипела я, – кто-то воткнул осколки стекла в мое мыло.

Выражение лица Виктории было настолько безразличным, что я усомнилась в том, слышала ли она меня. Я ожидала, что она начнет задавать вопросы, попросит показать мыло, но она лишь продолжала молча смотреть на меня.

— Виви! Ты слышала, что я сказала?

Виктория нахмурилась, но это была скорее реакция снисходительной няни, а не любящей сестры.

— Я думаю, ты все это придумала под воздействием болеутоляющего, которое дал тебе доктор Мортимер. – И прежде, чем я успела что-то сказать, она вскочила и принялась, не умолкая ни на минуту, бегать по комнате. – Ты вконец запуталась. Это от боли. На-ка вот, выпей, – Виктория протянула мне ложку дурно пахнущей жидкости.