Горячее Белое море - Николай Свечин Страница 76

Бреде следовало бы теперь плыть в САСШ, искать партнеров, договариваться о долях в новом проекте, устраивать лучевые кабинеты в прифронтовых госпиталях. А он торчит в Семеновском поселке и помогает врагу строить железную дорогу стратегического назначения! Когда только закончится эта безумная бойня? Не оказаться бы потом в проигравших. Как говорят эти русские — прийти к шапочному разбору.

Полковник встал и нервно прошелся по салону. Горячковский выделил полезному германцу целый вагон, переделанный в походную квартиру на колесах. Здесь были спальня, кабинет, уборная и купе для денщика. Таковым при штаб-офицере состоял ефрейтор Вельц из саксонских стрелков. Лет тридцати пяти, чистоплотный, услужливый, хорошо воспитанный, он устраивал шефа. И готов был зубами держаться за теплое местечко, лишь бы не умирать от цинги на дальнем перегоне…

Как раз в этот момент Вельц тактично постучал в дверь кабинета:

— Господин оберст[89], к вам просятся два офицера из пополнения, прусак и эльзасец. Прикажете впустить?

— Матеус и Рюгенер?

— Так точно.

— Пусть зайдут.

Зашли двое из недавно приехавшего пополнения. Вид у них был взволнованный. Что случилось? Хозяин пригласил их сесть и вопросительно глянул на Матеуса как старшего в чине. Тот не заставил себя ждать. Понизил голос и заговорил:

— Господин оберст, мы вам вчера наврали. Просим простить и готовы объясниться.

— Наврали? В чем? Вы не те, за кого себя выдаете?

— Нет, те, конечно, те. Обер-лейтенант Матеус и лейтенант Рюгенер. А солгали мы, когда говорили, что прибыли сюда с целью помочь нашим пленным солдатам выжить.

— Та-а-к… Каковы же ваши подлинные мотивы?

— Дело в том, господин оберст, что отсюда гораздо удобнее бежать домой, чем из Оренбургской губернии, где мы раньше сидели.

Бреде встал, подошел к двери и открыл ее. Сидевший на стуле в коридоре денщик вскочил.

— Вельц, сходи к нарядчикам и принеси мне ведомость с запасами подрельсовых оснований и скреплений. По участку Белогубская — Кандалакша.

— Слушаюсь!

Ефрейтор надел фуражку и убежал. Бреде вернулся в кабинет, оставив дверь в коридор открытой.

— Правильная мысль, обер-лейтенант Матеус. Отсюда до норвежской границы триста километров. А от Кандалакши до Финляндии еще меньше. Я тоже не раз думал про побег. Но это лишь кажущаяся правда. Километры проходят по очень негостеприимной земле. Одних рек придется пересечь полдюжины. А еще болота и кряжи Хибинытундры[90]. Как вы себе представляете переправу через северную реку?

— Надо запасти топоры, веревки и гвозди. Сколотить или связать плот задача, которая нам с лейтенантом Рюгенером по силам. На хорошем плоту и переплывем на левый берег.

— Хм. А провиант?

— В продовольственной лавке есть все необходимое. Хлеб, сахар, кофе, вяленая рыба, крупа, маргарин, галеты или сухари. Нет только мясных консервов, но их можно купить у моряков. Американские или даже русские — они лучше. Хорошо бы еще добыть угличскую колбасу, она много вкуснее нашей гороховой и не портится в дороге.

— Хм. Не слишком все у вас просто? Купили, запасли и ушли в бега… Жандармы пустят за нами погоню.

— Конечно, господин оберст. Мы собьем их со следа, я уже придумал, как именно это сделать. А насчет того, что слишком просто… Нет, задача, о которой мы говорим, очень сложна. Но уже сотни храбрых солдат Кайзеррайха решились на это. И теперь они в Отечестве. Позвольте, я продолжу насчет подробностей.