Сквозь облака. Том 3 - Хуай Шан Страница 78

Янь Се присел на корточки.

— Ты говорил, что Юэ Гуанпин был в свитере и подштанниках, так?

Цзян Тин кивнул.

Тот факт, что в тяжёлом эмоциональном состоянии капитан обратил внимание на столь незначительную деталь, свидетельствовал не только о его крепкой психике, но и о сидящем на подкорке профессионализме.

— Что-нибудь ещё помнишь? – без особой надежды спросил Янь Се.

— Не особо. – Цзян Тин устало улыбнулся. – Я был очень слаб морально и физически, а тут такое. Плюс вой сирен… Я даже в квартиру заходить не стал, чтобы не оставлять следы. – Он помолчал мгновение и, вдруг вспомнив что-то, указал на место возле ножки чайного столика. – Точно, вон там валялась пепельница.

— Думаешь, она послужила орудием убийства? – В голосе майора звучало сомнение. – Судя по внешним признакам, Юэ Гуанпина отравили.

— Не знаю. Возможно, кто-то случайно задел столик, и пепельница упала на пол. А может, убийца в порыве ярости ударил ею Юэ Гуанпина и после отбросил в сторону. В зависимости от ситуации на стекле остались бы разные следы, но я видел её только издалека и не мог разглядеть мелкие детали.

Янь Се, кивнув, задумался:

— Возможно, убийца забрал из пепельницы окурки со своей ДНК.

Цзян Тин изогнул бровь.

— Худощавый старик в кальсонах не самое привлекательное зрелище. Вряд ли в таком виде он впустил бы в дом женщину. Скорее всего, гостем был хорошо знакомый ему мужчина. Они сели на диван, закурили… – Янь Се взглянул на Цзян Тина, затем на Ци Сыхао и вопросительно вздёрнул подбородок: – У Юэ Гуанпина были близкие друзья?

Ци Сыхао растерянно покачал головой.

— Насколько мне известно, нет, – отозвался Цзян Тин и задумчиво добавил: – Разве что только…

— Кто?

— Я.

Несколько мгновений они молча смотрели друг на друга, затем Янь Се поднялся и шлёпнул себя по бедру.

— Версия неубедительная, шутка несмешная!

Цзян Тин горько вздохнул.

— Ладно, давайте осмотрим другие комнаты, – предложил майор и помог Цзян Тину подняться. – Сундуки, комоды, шкафы… Любые исписанные бумажки, чайные чашки – нас интересует всё. Глядишь, удастся найти какую-нибудь мелкую зацепку.

Однако вскоре стало ясно, что Янь Се надеялся напрасно. После гибели Юэ Гуанпина в доме провели тщательный обыск и подчистили все следы. Не осталось ни дневников, ни блокнотов или листов для заметок, вынесли даже журналы и книги.

Помимо гостиной, в квартире было ещё четыре комнаты: хозяйская спальня, кабинет, чайная и гостевая, где жила домработница. В изголовье кровати на тумбочке стоял магнитофон, рядом лежали старые кассеты неизвестного года выпуска с записями песен Фэн Фэйфэй и Терезы Тэн[7]. Янь Се вставил их поочерёдно в проигрыватель, но воспроизвести удалось только две, и никакой ценности они не представляли.

«Впрочем, ничего удивительного, – подумал майор, слушая лирическую песню "Когда ты вернёшься". – Раз эти кассеты уцелели, значит, люди Короля пик сочли их бесполезными и оставили, чтобы магнитофон без кассет не выглядел подозрительно».

Янь Се поднялся с кровати, оглядел спальню и открыл громоздкий платяной шкаф. Гардероб сразу выдавал возраст и профессию владельца: тёмно-синий мундир, белые рубашки, пара кожаных ремней с эмблемой полиции на пряжке и несколько серых и синих шарфов, выданных на службе. Отдельно висели сшитые на заказ костюмы и пальто для официальных мероприятий. В ящике лежали запонки, зажимы для галстука, шкатулка для часов с автоподзаводом и другие мелочи. Майор открыл шкатулку и окинул взглядом «Ролекс Субмаринер» без даты, стальные «Тюдор» и «Лонжин» на кожаном ремешке. Последние, судя по потёртостям, Юэ Гуанпин носил чаще остальных.