Рапсодия Богемской - Елена Дорош Страница 79

— Может, поперся один? Взял риск на себя?

— Вряд ли. Он осторожный. Тут что-то другое.

— Что, твою мать?! — зверея, заорал Борман.

— Говорю же: не знаю! Может, его взяли?

— За что? За превышение скорости? Слушай, Витя, ты мне обедню не порти. Делай что хочешь, но через пятнадцать минут я должен знать, где твой шеф, иначе…

— Только не надо угрожать! — вдруг окрысился Борисов. — Я тебе не фуфло безмозглое!

— Да неужели? А мне кажется, Вельский всех вас как раз за фуфло и держит. Он по-своему решил сделать. Без вашего участия. Не доверяет он вам, Витя. А может, именно тебе.

— Это исключено.

— Блажен, кто верует, Витя. Но я все сказал. Жду пятнадцать минут.

Борисов хотел сказать что-то еще, но Борман отключился.

Виктор в сердцах бросил телефон на стол.

Какого хрена он вообще связался с этим уркой? Погоняло у него киношное, однако сам на кинозлодея не похож. Борман — подонок настоящий, без шуток. Такие слов на ветер не бросают. Теперь придется метаться между двух огней.

И все же: где Вельский?

Узнать, в принципе, можно. Отследить по номеру не проблема. То есть проблема есть. Этим заведует Сачков, а тот теперь играет против него. Попросишь найти шефа — донесет. Давно пора заиметь все свое, но тут тоже палка о двух концах. Спалишься — получишь по полной.

Да и нужды не было. Шеф всегда как на ладони. Ничто, как говорится, не предвещало.

Неужели Борман прав и шеф принял решение окончательно убрать его из уравнения? Или Вельский каким-то образом пронюхал про Бормана?

Об этом он подумает позже, сейчас главное — узнать, где Вельский.

Плевать на Сачкова. Он все равно должен знать, где состоится встреча.

От этого зависит его жизнь.

Сунуться на встречу с Богемской одному даже не приходило Дмитрию Сергеевичу в голову. Он отлично понимал, что велика вероятность подставы, и не собирался бодаться с эфэсбэшниками или кто там еще. Да и не соврала ли баба насчет камней? Интуиция подсказывала, что не соврала, но сколько в наше время стоит интуиция! Ее давно заменил искусственный интеллект. Жаль, что нельзя спросить у цифровой куклы, врет Богемская или нет.

Впрочем, в любом случае все козыри в этой игре у него. Девчонка-сиделка, мальчик Вова Климов и даже Рогов, то ли засланный, то ли нет, но его жизнь тоже чего-то стоит. Можно поторговаться.

Он уже проехал Петергоф, когда раздался звонок с неизвестного номера.

— Это Богемская. Ровно час я жду звонка от Вики и подтверждения, что все заложники на свободе, после назову время и место встречи.

— Откуда мне знать, что это не ловушка?

— Зачем мне ставить в известность органы? Я ведь тоже преступница. Двадцать лет хранить ворованные камни — на сколько годков это потянет?

— Ни на сколько, — усмехнулся Дмитрий Сергеевич. — Только административный штраф за непредоставление информации, но его скостят за помощь следствию. Неужели вы не в курсе, Нонна Викентьевна? Или вы меня за идиота держите?

— А вы меня? У вас три человека в заложниках. Неужели я буду рисковать их жизнями?

— Взамен у вас два миллиона долларов.

— Которые я никогда не получу.

— Хорошо, но заложников все-таки три. Я требую гарантий, что наш обмен останется тайной.

— Боитесь за свою репутацию? Да зачем она вам после того, как получите камни?

— Мне нужно время, только и всего.