Ронин - Роман Путилов Страница 80

К моему удивлению «копейка», завелась со второго раза, я погонял ее на холостых, после чего ловко пристроился за проезжавшим мимо грузовиком, но сотрудник ГАИ, давно следивший за моими манипуляциями, помахал мне полосатой палочкой.

— Права и документы на машину.

— Товарищ сержант, нет у меня ничего. Вы же видели своих коллег, которые машину осматривали? Ее у меня угнали, меня чуть не убили, кстати где-то здесь это все происходило, возле кольца. Я, когда меня из машины выбросили, плохо все помнил, но мне кажется, стучал в вашу будку, чтобы помощи попросить, но мне никто не открыл… У вас разве не круглосуточный пост здесь располагается?

— Все равно, угнали у вас машину или не угнали, вы обязаны иметь при себе документы на право управления автомобилем соответствующей категории… — включил сержант режим «уставника»: — Вы, вообще, даже метр на ней проехать не имеете права.

— А что мне теперь делать? Я не помню, куда делись документы? Давайте я у вас на площадке машину оставлю? Мы сейчас с вами акт составим, что я машину на хранение вам в полном порядке оставляю, вот, только набалдашника на рычаге не хватает… — я потыкал пальцем по резьбе на конце рукоятки: — А потом, когда «права» восстановлю, я за машиной вернусь. А знаете, что? Давайте сделаем еще лучше. Вы сейчас у меня примете заявление о том, что я забыл следователю рассказать, что у меня права и техпаспорт на машину преступники тоже отобрали, вы эти бумажки следователю отвезете, а я потом, когда выздоровею, к ней приеду и справку в ГАИ получу. Так же мне удобней будет?

— Я тебе что, райотдел, чтобы заявления принимать? — прорычал сержант, болезненно морщась, видимо от моей болтовни у стража дорог заболела голова: — Езжай сам к своему следователю и пиши все, что хочешь…

— Нет, сержант! — заулыбался я, перестав изображать «лоха ушастого»: — Ты при любом раскладе считаешься сотрудником милиции и по любому должен у гражданина заявление принять, о том, что в отношении него совершено преступление. А как ты будешь мое заявление моему следователю передавать, это уже дело не мое, а если ты не согласен с моей правовой позицией, то районный прокурор тебя поправит…

Сержант, судя по виду, хотел вступить со мной в спор, но передумал. Буркнув «Счастливого пути», побежал наперерез, приближающемуся к посту, оранжевому «Москвичу 2140», в котором неторопливо ехала чета пенсионеров, ну а мне дважды повторять не требовалось. Радостный от того, что не придется добираться с этой попы мира на перекладных, я нажал на педаль газа, и, за час добрался до ворот центральной станции «скорой помощи». К сожалению, ключи от машины с собой у меня были, а вот ключей от съемной квартиры — нет.

— Мужчина, вы куда? — дорогу в комнату диспетчеров мне преградила какая-то техничка в синем халате и платке, который через двадцать лет назовут модным словом «бандана».

— Здравствуйте, а мне доктор Кросовская нужна…

— А вы кто? — мой «колхозный» прикид мгновенно изучили от затылка до пяток и признали недостойным для встречи с доктором Кросовской.

— Я ее брат троюродный, из города Усолье-Сибирское, по дороге в Москву заехал с сеструхой повидаться, гостинцев наших, сибирских завез, ну там, сало, ранеток моченых, огурцов…

— Иди, на улице жди, а то ходют тут всякие… — выставила меня за дверь местный цербер: — Сейчас спрошу…